Проверка слова
www.gramota.ru
Письмо Ивану Непомнящих о славном городе Касимове
Тип: Проза
Раздел: По жанрам
Тематика: Рассказ
Конкурс: Конкурс «Я к вам пишу – чего же боле? Что я могу еще сказать?»
Автор: Вербовая Ольга
Баллы: 2
Читатели: 62
Внесено на сайт: 21:21 27.06.2016
Действия:

Предисловие:
Что делать, если за интересными занятиями забыл поздравить приятеля с Днём рождения?

Письмо Ивану Непомнящих о славном городе Касимове

Здравствуйте, Иван! Каюсь – проворонила я, вредина такая, Ваш День рождения! Мало того, что с запоминанием цифер и дат у меня проблемы, так ещё и на работе суета выдалась – надо было до начала отпуска переделать множество дел. Потом надо было собраться – на июньские праздники и уезжала в другие города. Только вчера вернулась. В качестве извинения за свой проступок расскажу-ка я Вам в подробностях, где была и что видела. Только начну, пожалуй, не с начала, а с конца поездки – мне кажется, так будет интереснее.
В общем, в последний день путешествия приехала я с группой туристов в славный город Касимов. Это Рязанская область. Приехали вечером – как раз к ужину. Это маленький провинциальный городок с деревянными домиками в один-два этажа. Из окна гостиницы, что находилась у самой автостанции, как раз был виден огород. После девяти вечера жизнь в городе буквально замирает: магазины закрываются, автобусы не ходят. Из развлечений остаётся только прогулка по городу. Так вот гуляешь, смотришь и не знаешь, что именно ты видишь, какая богатая история связана с тем или иным зданием. Именно поэтому я взяла путёвку – предпочитаю, чтобы мне всё рассказали, показали.
Утром после завтрака мы собрали вещи и тут же поехали на экскурсию. Город, надо сказать, необычный. Уже много веков там бок о бок живут русские и татары – и никаких тебе межнациональных конфликтов и выяснений, какая из наций лучше. Начали мы осмотр с русской части. По пути проехали памятник героям Великой Отечественной войны. Среди них мне запомнилась одна женщина – Екатерина Рябова – из т.н. «ночных ведьм». Так в Великую Отечественную немцы называли советских лётчиц.
Проехали до Соборной площади. Она начинается с собора из красного кирпича. Через дорогу от неё роскошный особняк купцов Алянчиковых – ныне там краеведческий музей. Впереди торговые ряды, построенные местным архитектором Гагиным. Рассказывали, сам Александр Второй оценил его талант – подарил ему золотую табакерку. А вот местные, касимовские, как-то о нём подзабыли – даже памятника до сих пор не поставили. С другой стороны собора располагается жёлтый двухэтажный особняк с колоннадой. Он принадлежал, как Вы думаете, кому? Ямщику. Возможно, этот ямщик так и канул бы в безвестность, если бы не предприниматель Андрей Баташев. Хотя этот Баташев, судя по тому, что о нём рассказывают, злыдень был ещё тот – шибко над крепостными издевался. Однако настоящих умельцев замечал и ценил. Вот и того молодого человека заметил и всячески ему покровительствовал. Очень скоро ямщик разбогател и построил дом. Чтобы выложить печь, нанял печника, договорился с ним об определённой цене. Но когда тот сделал своё дело, почему-то заплатил меньше. В отместку печник поднялся наверх якобы для того, чтобы свой инструмент забрать, и тихонько положил в печную трубу какой-то посторонний предмет. После этого в доме начали слышаться странные звуки. Чего только ни делали хозяева – даже священника звали – ничего не помогало. Прекратилось это безобразие лишь когда позвали того же печника. Тот, уже наученный горьким опытом, взял плату заранее и убрал, наконец, этот предмет из трубы. А вот не надо честных работяг обдуривать!
Ещё рассказывают, Баташев договорился со своим подопечным, что тот пригласит его на свою свадьбу. Ямщик пообещал. И когда женился, обещание выполнил. Но Баташев, желая его испытать, посадил вместо себя в карету свинью. Молодой человек обошёлся с этой свиньёй весьма почтительно – как с дорогим гостем. Так что испытание, можно сказать, выдержал с честью.
От собора идёт крутой спуск. Снизу – речка. На берегу стоят два столба с двуглавыми орлами. По левую сторону – цветочная клумба с корабликом. Это герб города. Пётр Первый, когда строил флот, использовал для этой цели местные леса.
В той же стороне находится особняк Баркова – крепостного доктора того же Баташева. Тот отблагодарил доктора за то, что тот вылечил его сына-ловеласа от дурной болезни. Забегая вперёд, скажу, что о нём мы ещё услышим в краеведческом музее. Оказывается, Баташев не торопился давать Баркову вольную, опасаясь лишиться хорошего доктора, но обещал таковую его и его семье после своей смерти. И видимо, очень усердно Барковы молили Бога о своём освобождении, потому что через год барин внезапно помер.
Пока же мы отправились в татарскую часть. Если в русской православные храмы, то там – мечеть с минаретом и полумесяцем, рога которого смотрят в сторону Мекки. У той мечети ещё высокое крыльцо с другой стороны. Его построили уже после, пожалев муллу. Тяжко было тому к старости по пять раз на дню на минарет подниматься, чтобы горожан к молитве звать. Когда же мы сами поднялись на этот минарет, я прекрасно поняла его положение. Проход узкий, лестница крутая. Тут и молодым не сказать чтоб раздолье. А старику-то каково? Да ещё и так часто. Зато сверху открывается такой живописный вид!
Возможно, Вы слышали что-то про Али-хана и его жену Сююмбике? Признаться, меня рассказ про них как-то разочаровали. Я-то ожидала красивую легенду про любовь, вечную преданность до гроба (а желательно и после). Но на деле получилось всё иначе. Когда Иван Грозный повелел Али-хану жениться на красавице Сююмбике, та не желала себе такого счастья как некрасивый, толстый и старый хан. Пару раз она пыталась его отравить – то в еду яд подсыпет, то одежду отравит. Но обе попытке оказались неудачными – хан был неглупым, учуял подвох. В конце концов, пришлось ей стать его женой. После смерти он ей и отомстил – оставил её могильную плиту безымянной. Высокие отношения, нечего сказать!
После этого мы вернулись снова на русскую сторону – к православным храмам и дому Алянчиковых. Хотя проще было бы, конечно, сначала зайти туда, чтобы не возвращаться на то же место. Но может, так было специально задумано? Видела я в этом музее много интересного, но ещё интереснее было слушать. Ещё когда я узнала о существовании города Касимова, мне было интересно: откуда такое странное название? Угадала, в принципе, верно – от восточного имени Касим. Тот самый Касим был сыном одного восточного правителя (имени не помню). Один из его братьев был ну вылитый Святополк Окаянный – ради трона отравил и отца, и братьев. Касим-то не дурак был – быстро понял, что и с ним не в меру целеустремлённый братец расправится, и сбежал в Россию. Служил царю верою и правдою, за что тот послал его наместником в землю Рязанскую. Вот и стал город называться в его честь.
А фамилия Алянчиковы, знаете откуда? Последняя правительница Касимова – Фатима-султан – была страсть как охоча до необычных прогулок. Вместо лошадей людей в повозку запрягала. И когда одна семья отказалась запрягаться, та рассердилась и обругала их «алянчиками». Честно сказать, впервые слышу такое ругательство. Надеюсь хотя бы, что не матерное. Самое интересное, что этим гнев султанши и ограничился – больше ничего худого она им не сделала. Более того, даже усовестилась и перестала ездить на людях.
Не знаю, слышали ли Вы что-нибудь про «касимовскую невесту» Ефимию Всеволжскую? В музее даже картина была. Вздумал царь Алексей Михайлович (отец Петра Первого) жениться да и выбрал в невесты Ефимию. Не все, конечно, были этим довольны, особенно знатные господа, у которых свои дочки на выданье были. Чем-то, видать, подпоили Ефимию, и во время венчания та упала в обморок. И царь, вместо того, чтобы разобраться сразу, в чём дело, или, на худой конец, списать на то, что, дескать, разволновалась девица, чай не каждый день за государя замуж выходит, поступил более чем подло. Обвинил Всеволожских, что падучую девку ему подсунули, да в ссылку их сослал. Впрочем, от царя, отменившего Юрьев день, я и не ждала особого благородства. И только лет через семь вздумал провести расследование. Тогда-то и выяснилось, что Ефимия совершенно здорова. Семью Всеволожских вернули из ссылки. А Ефимия, надо сказать, была красавицей – многие женихи пытались добиться её руки, однако она всем отказывала. То ли любила Алексея как никого другого, то ли разуверилась в добрых молодцах?
Рассказали нам и про графа Оленина, который, прочитав пьесу Фонвизина «Недоросль», узнал в Митрофанушке себя самого. Да так стыдно ему стало, что решил немедленно взяться за ум. И вскоре стал эрудированным и образованным человеком.
Ещё одно диво-дивное, которого я не смогла забыть – это выставка лоскутного шитья, посвящённая Есенину. Из иллюстраций строчек из его стихов получилось целое лоскутное одеяло. Умела бы я хорошо шить, и была бы у меня подружка, увлечённая этим поэтом, я бы, пожалуй, попыталась бы состряпать нечто подобное ей в подарок.
Покинув краеведческий музей, мы направились в музей колоколов. Там были колокольчики совершенно разные: и традиционные, и почтовые (ну, которые вешали на почтовых лошадях), и бубенчики (поскольку колокольчики разрешалось вешать только почтальонам, а кататься с музыкой хотели все, придумали вот такую штуку), и корабельные рынды. Кроме наших, русских, были там и колокола из Европы и даже из Японии. А у нас, оказывается, работа звонаря организована лучше, нежели в европейских странах. У них, чтобы колокола звонили, их приходится раскачивать. У нас же достаточно потянуть за язык. Усилий меньше, а результат тот же! А в Японии колокола вообще без языков, оттого и звуки издают, как мне показалось, глуховатые. Кстати, знаете, откуда пошёл глагол «заливать» в смысле «врать», «говорить неправду»? От колокольных мастеров. Примета в древности бытовала: чтобы колокол звонил лучше и служил дольше, пустить какой-нибудь необычный слух. Те, кто хорошо знали род занятий того, от кого эти слухи исходили, говорили: врёт, колокола заливает.
Дальше у нас по программе был обед и возвращение в Москву. Но экскурсовод считала смертным грехом побывать в Касимове и не посетить музей самоваров. Мы, туристы, оказались с ней всецело солидарны – так что скинулись по полтиннику и в музей. Самоваров там и впрямь оказалось великое множество. Правда, смотрели мы их самостоятельно.
Завершилось наше пребывание в Касимове покупкой конфеток-шоколадок местной фабрики. Надо же родным и знакомым гостинчиков привезти!
Вот так я провела последний день праздников. Может, это и к лучшему, что не получилось поехать в январе, как я планировала? Кто знает, понравился бы мне зимний Касимов так же, как летний? Впрочем, возможно, я ещё увижу, как этот город выглядит зимой. В феврале думаю взять отпуск и махнуть на недельку либо в тамошний санаторий, либо куда-нибудь под Ярославлем.
Буду очень рада, если, прочитав, Вы решите посетить сей славный город, как только появится возможность, чтобы увидеть всё своими глазами. О других городах, в которых я побывала, напишу позже. А то завтра на дачу – вставать рано.
Так что с Днём рождения Вас, Иван! Здоровья, счастья и всего самого наилучшего.
Счастливо!
Оля.
P.S. Отцу Вашему от меня большой привет!


Оценка произведения:
Разное:
Подать жалобу