Главная страница
Новости
Дуэли
Голосования
Партнеры
Помощь сайту
О сайте
Почта
Услуги авторов
Регистрация
Вход
Проверка слова
www.gramota.ru
"В ЗАРЕВЕ ВОЙНЫ" (Повесть). Глава вторая "ВЕЧЕРНИЙ БОЙ".
Тип: Проза
Раздел: По жанрам
Тематика: Повесть
Проза к празднику: День Победы в ВОВ
Цикл: "ИСТОРИЯ СТРАНЫ ЛИТЕРАТУРНЫМ СЛОВОМ... "( Повесть о Великой Отечественной войне).
Автор: Дмитрий Выркин
Баллы: 9
Читатели: 87
Внесено на сайт: 10:55 21.04.2017
Действия:
«Изображение»

Предисловие:
   Уважаемый Читатель! Вашему вниманию предлагается историческая повесть "В ЗАРЕВЕ ВОЙНЫ" в которой ее автор Дмитрий Выркин описывает события происходящие в годы Великой Отечественной войны 1941 -1945 годов на советской территории. Это произведение можно отнести к военно - приключенческой прозе... Главы этой повести будут публиковаться последовательно, а события разворачиваться по мере начала неожиданного нападения на территорию СССР немецко- фашистских захватчиков и всеобъмлющей борьбы с ними. Публикация приурочена к очередному празднику - Дню Победы - 9 мая. Сегодня Вы сможете ознакомиться с Главой второй "ВЕЧЕРНИЙ БОЙ".

"В ЗАРЕВЕ ВОЙНЫ" (Повесть). Глава вторая "ВЕЧЕРНИЙ БОЙ".

    В это время Аносов находился на берегу речки Казанки. Он приехал сюда вместе с комиссаром пехотной части, оборонявшей участок фронта. Вчера городской комитет обороны обратился к населению с призывом выйти на строительство оборонительного рубежа. Аносов побывал на мельнице, на рыбном заводе, в железнодорожных мастерских, на собрании домохозяек, и теперь горожане, вооруженные кирками и лопатами, рыли окопы на левом берегу Казанки.
    Берег был высоким. Отсюда открывалась степь, ровная, кое - где нарезанная оврагами. Комиссар обратил внимание Аносова на эти овраги: они могут послужить укрытием для противника. Комиссар предупредил, что окопы должны быть готовы к вечеру, и уехал.
    Аносов обошел линию сооруженных окопов, поговорил с людьми. Он не скрывал от них серьезности положения. Пусть каждый помнит, что и от него зависит судьба родного города. Лицо Аносова все время оставалось спокойным, лишь изредка в его глазах появлялось напряженное выражение, и тогда было видно, чего стоит ему это спокойствие.
    Он передал начальнику строительства приказ сразу же по окончании работ отправить людей (большинство из них были женщины) обратно в город. Помолчав, Аносов добавил:
    - Выделите двух человек для наблюдения за местностью. Вы меня поняли?
    Начальник кивнул и пошел выполнять распоряжение. Аносов продолжал смотреть с высоты берега на степь. Он гнал от себя мысль, что берег Казанки - просто один из оборонительных рубежей, который может быть в случае необходимости сдан.
    Между тем солнце клонилось к закату. Предвечерний ветер побежал по степи, зашуршал в хлебах, подернул рябью воду в речке. И вот из степи начали появляться люди и пушки. Спустя полчаса воинская часть переправилась через Казанку и заняла и заняла только что отрытые окопы.
    На лицах бойцов, запыленных и потных, лежал отпечаток огромного напряжения и усталости. И все же бойцы с хозяйственной деловитостью принялись устраиваться на новом рубеже, осматривали оружие, нехотя отвечая железнодорожникам из отряда самообороны на обычные в таких случаях вопросы: где немцы, много ли их...
    Солнце село, но вечер еще не наступил. Был тот час, когда все предметы видны с особенной отчетливостью:  противоположенный пологий и заросший лозняком берег, побитые, затоптанные колосья пшеницы, извилистая щель оврага справа, а впереди ровный, будто проложенный по линейке горизонт, над которым стыл красный закат...
    Ветер улегся. Степь затихла. Но бойцы знали, что это обманчивая тишина: скоро начнется новый бой. Гул вражеских самолетов, едва возникнув, сразу заполнил все небо. И вдруг степь, берег и воздух дрогнули. Черные столбы земли поднялись и обрушились вниз, вода в речке закипела. Еще удар и еще. Пыль и дым скрыли берег плотной завесой. Началось то, что на скупом языке военных донесений называется "обработкой с воздуха переднего края". А затем в атаку пошли танки.
    Аносов находился на КП вместе с комиссаром части, заменившем раненного командира. У комиссара было скуластое лицо, широкий нос, небольшие голубые глаза под выцвевшими бровями. Он стоял, чуть ссутулясь, приложив руку козырьком к глазам, и наблюдал за танками. Он был совершенно невозмутимым.
    Танки шли на большой скорости. Видно было, как они развернулись на противоположенном берегу, словно на параде, и один за другим ринулись в воду. Казанка сильно мелела к лету и не могла служить серьезным препятствием. Вот головной танк, надсадно ревя мотором, начал выбираться на этот берег. Берег молчал. Слышно было, как скрипели и скрежатали стальные гусеницы. А комиссар все еще не подавал команды. Аносов не выдержал, обернулся к нему. Но комиссар выждал мгновение, когда танк повернулся боком. Тогда, по команде, разом выстрелили обе замаскированные зеленью противотанковые пушки.
     - Готов, - коротко сказал комиссар.
     Танк задымил. Сквозь дым прорвались и языки пламени, осветив изрытый бомбами берег, окопы и бойцов в них.
      Еще один танк попытался взобраться на берег и тоже был подбит. Три машины повернули в обход, а пять оставшихся на том берегу открыли с места огонь по окопам. Наспех сооруженные и уже полуразрушенные бомбежкой окопы были слабой защитой от снарядов, которые перепахивали землю, подобно гигантскому плугу. Еще несколько минут -  и танки форсируют водный рубеж, не встретив сопротивления.
      Очевидно, на это фашисты и рассчитывали. Но они ошиблись. Несколько бойцов и два железнодорожника (одного из них Аносов узнал) под огнем спускались к воде и начали вброд перебираться на противоположенный берег. Один не дошел, его накрыло разрывом снаряда, другой был убит, едва ступил на берег. Зато остальные в упор забросали танки связками гранат и бутылками с горючей смесью. Никто из них не вернулся. Но три танка пылали, озаряя дымно багровым заревом место неравного поединка. Две вражеские машины повернули вспять. 
      Оставалось еще три танка, стремившихся выйти в тыл оборонявшемуся рубежу. Они вырвались из степи справа, как раз с той стороны, где пролегал овраг, и мчались теперь к  линии окопов, поливая их огнем из всех пушек и пулеметов. Защитников рубежа оставалось мало: часть была убита, многие ранены. Из противотанковых пушек уцелела одна, но у той прислуга была перебита. Опасность казалась неотвратимой.
      В эту минуту комиссар, до сих пор сохранявший полное самообладание, крикнул что -то стоявшему рядом с ним лейтенанту и ползком добрался до пушки. Танки были уже близко. Сквозь тучи пыли, освещаемые вспышками выстрелов, они походили на чудовища, которые вот - вот испепелят, превратят в прах человека. Но нет! Маленькая противотанковая пушчонка ожила. Первый же снаряд сбил гусеницу с одного танка, второй пробил броню у следующей машины. Она с ходу раздавила пушку и принялась утюжить окопы, пока не подорвалась на связке гранат. Последний танк, не вступая в бой,  только пострелял издали и ушел в степь.
      Атака была отбита.
      Мертвый комиссар лежал возле расплющенной пушки на обугленной земле, которую он защищал до последнего вздоха и не отдал врагу.
      Так закончился бой.
       Аносову казалось, что он длился очень долго, а на самом деле прошло всего полчаса. В небе еще светила вечерняя заря, и степь была видна до самого горизонта. 
      Костя и Слава стояли на крыше дома, занимая наблюдательный пост. Они смотрели в сторону степи, откуда едва слышно доносились звуки выстрелов, и пытались угадать, что именно там происходит. Они знали, что сегодня на Казанке рыли окопы и что туда ушел отряд самообороны. Если бы они могли быть там!
      Стрельба прекратилась, потом возникла в другом месте, правее. Вдруг тройка "Мессершмитов" с ревом пронеслась над их городом. И вскоре сильный взрыв потряс один из домов. И именно тот где находились ребята. Костя упал и больно ушиб скулу.За деревьями бульвара клубился черно - желтый дым.
       - В кино угодил ! - крикнул Слава.
       - Гляди, гляди! - Костя уже поднялся на ноги и показывал в небо. Там опять кружили немецкие самолеты, но прямо на них стремительно шел истребитель. "Мессеры" уклонялись от боя, норовя зайти "ястребку" в тыл. А он снова и снова кидался в атаку, молниеносно меняя направление, успешно отбиваясь от наседающего с трех сторон противника. Отчетливо слышались короткие пулеметные очереди. Еще один заход, еще и еще...
        - Попал! - торжествующе закричал Славка. У него зрение было острее, чем у Кости.
        -Кто? В кого?
        -Попал! Срезал! - повторял в восторге Слава. Точно: один из "Мессеров" задымил, качнулся, перевернулся и, штопором сверля воздух, рухнул в море. Остальные два повернули назад. Но не тут -то было. "Ястребок" погнался за ними, продолжая вести огонь.
        - Назад ! Назад! - закричали ребята и отчаянно замахали руками, словно надеясь, что летчик увидит или услышит их. Они заметили, как в тыл ему из- за облаков выскочила новая тройка "Мессеров". Теперь первые два самолета повернули назад. Впятером они набросились на советский истребитель. Пятеро на одного! Ребята были уверены, что он станет уходить. Но нет. "Ястребок" не уходил. Он искусно уклонялся от пулеметного огня, забираясь по спирали все выше, и с вышины сызнова ринулся на врагов.
        - Один против пятерых! - в возбуждении восклицал Костя, не сводя глаз с неба. -Вот это да... это герой!
        Воздушная схватка продолжалась. У немцев уже было свыше десяти машин, наших тоже прибавилось, но значительно меньше. И все - таки противник не смог прорваться к городу, вернее - к приморской дороге, на которой лежал город и по которой двигались теперь войска.
        Еще один "Мессер" свалился в море, еще один задымил и, волоча за собой черный хвост, потянул прочь. В ту же минуту загорелся советский истребитель. Уже охваченный пламенем, он повернул на врага, врезался в крыло "Мессера" и вместе с ним, словно сжимая его в смертельных объятиях, рухнул вниз.
        Слава, опустив голову, заплакал. Костя пересилил себя и произнес дрожащими губами:
        - Ему памятник нужно поставить... здесь... на этом самом месте!

Послесловие:
  Продолжение следует... В ближайшее время Вы уважаемый читатель сможете ознакомиться со следующей третьей главой "ЭВАКУАЦИЯ" повести "В ЗАРЕВЕ ВОЙНЫ".

Оценка произведения:Для оценки произведения авторизуйтесь Войти Войти через социальную сеть
Разное: Подать жалобу
Реклама
Обсуждение
Виктор Кочетков      10:30 27.04.2017 (1)
Как ярко и реалистично изобразили, Дмитрий! 
Читается зримо, напряженно...
Эх, молодым пацанам бы такие повести почитать!..
С уважением
Виктор
Дмитрий Выркин      11:20 27.04.2017
  Благодарю Вас Виктор от души за ваше мнение как профессионала  и читателя. С большим уважением к Вам, Дмитрий. 
Андрей Штин      01:25 26.04.2017 (1)
Приветствую, Дмитрий. Хорошо и ярко передана реальность. Надеюсь, Вы не обидитесь на конструктивную критику:

1. Текст лучше разбить для удобства чтения на абзацы.
 
И, как историк, позволю себе несколько замечаний:

2. Танки времён ВОВ, особенно немецкие и работающие на бензиновых двигателях, с ходу никогда не полезут в брод даже в мелкую речку, ибо если они там увязнут в неизведанном дне и иле, они сразу заглохнут и легко превратятся в неподвижные мишени. Чтобы с ходу полезть в илистую речку, пусть даже и мелкую, танкистам нужно знать заранее разведанную характеристику и плотность донного грунта.

3. Немецкие истребители не летали "тройками", таким построением в начале войны летали только наши советские истребители. Потом, поняв преимущество ведения воздушного боя "парами", переняли это построение у асов "Люфтвафе".

С уважением, Андрей. 
Дмитрий Выркин      01:29 26.04.2017
 Благодарю за интересный комментарий.  С уважением, Дмитрий..
Татьяна Лаин      13:40 21.04.2017 (1)
Как хорошо написано! Читала и переживала за героев вашей  повести. Потрясающе... Спасибо, Дима!
Дмитрий Выркин      13:55 21.04.2017
1
   Искренне благодарю Вас Татьяна. Теперь я понимаю, что действительно пишу так порой эмоционально и вкладываю ряд переживаний в своих героев Костю и Славу правильно. А как же иначе, началась война, наступают враги в твой родной город.... И какой ворох и патриотических  и болезненных мыслей и за страну и за Великую Отчизну! Спасибо! С огромным уважением и благодарностью к Вам Татьяна, Дмитрий.
Реклама