Проверка слова
www.gramota.ru
Гесвод: Глава 8 И снова встреча со Спящим Джинном (страница 1 из 2)
Тип: Проза
Раздел: По жанрам
Тематика: Фантастика
Сборник: Приключения сознания Гесвода
Автор: Дубовит
Читатели: 3
Внесено на сайт: 19:45 13.02.2018
Действия:

Предисловие:
Последний сон Джинна.

Гесвод: Глава 8 И снова встреча со Спящим Джинном

    Сети рыбаков шли тяжело. Богатый улов дали морские боги на этот раз. С трудом отец и сын перевалили тяжёлый полный рыбы невод через борт старой, латаной-перелатаной лодки. Трепещущиеся серебристые тела рыб скользнули друг по другу и большая гора улова расплылась по всему днищу лодки. И тогда, среди груды переливающейся на солнце рыбьей плоти, мальчик увидел что-то тёмное, залепленное водорослями.
      - Отец, смотри, кувшин! - закричал он...

     
      Итак: мы покинули нашего героя, когда он, коротая путь к последнему сну Аб-Салюта, издевался над своим энергоинформационным аналогом мозгов. Что же с ним произошло дальше?
      "...Вот, наконец, я у цели. Этот сон снится Аб-Салюту в его настоящее время. Мир ещё без прошлого, создаваемый прямо сейчас. События, которые подсознание либо выдумывает, либо прокручивает, взяв из реальной памяти сновидца, но вносит кое-какие коррективы, исходя из своих непонятных законов. Сейчас скорость течения времени в этом континууме выше, чем в реальном мире Аб-Салюта, но намного ниже, чем в тех снах, которые главный зритель уже покинул. В данный момент идёт совместная работа сознания и подсознания творца. У этих двух разделов личности разная скорость восприятия. И они, для успешной совместной деятельности работают на средней скорости. Сознание свою скорость повышает относительно обычной во время бодрствования. Это достигается за счёт того, что сигналы поступают не от сравнительно удалённых органов чувств, а непосредственно из подсознания, а это гораздо ближе. А подсознание, соответственно, свою работу замедляет, чтобы сознание за ним успевало. Позже, когда Джинн проснётся, то есть его сознание переключится на обработку сигналов от внешнего мира, в игре останется только быстродействующая часть мозга и скорость течения времени увеличится во много раз. Иными словами говоря, пока мы спим, за минуту нашего реального времени во сне проходит около часа, иногда больше, иногда меньше, в зависимости от разных обстоятельств. Но после пробуждения в созданном нашим сном мире, и покинутом нами, за одну секунду нашего реального времени проносятся уже столетия, если не тысячелетия, тоже в зависимости от обстоятельств. От скорости течения времени в каком-либо мире зависят ещё и его размеры относительно других миров. Чем мир меньше, тем выше скорость течения его времени. Как, например, наш мир является микроскопическим относительно мира, где находится Шах и ему подобные - наши боги. Сейчас трудно сказать, какой из этих двух миров приснился непосредственно Аб-Салюту, а какой возник потом как вторичный придаток, без которого первичный был бы не самодостаточным. Самым большим миром в сознании является, естественно отображение реального внешнего мира, информация о котором поступает в мозг через органы чувств. А среди миров-снов наибольший тот, что снится в настоящий момент. И далее, чем больше времени прошло с момента ухода творца из мира, тем он меньше места занимает на материальных носителях информации его мозга. Проще говоря, чем раньше сон снился, тем этот мир меньше. Но если вдруг тот же сон снится вновь, этот мир увеличивается подсознанием до размеров приемлемых для сознания, то есть до подходящей скорости течения времени в нём. Это увеличение мира-сна или снижение скорости течения времени, что одно и тоже, происходит незаметно для его внутренних обитателей. Континуум просто как бы попадает под микроскоп сознания. То же самое происходит с путешественником по мирам, когда он переходит из одной вселенной в другую с различными масштабами. Когда я вышел из своего материального мира в реальность наших богов, я увеличился настолько, что всю нашу вселенную смог бы разглядеть только в микроскоп, да и то, разве что в виде точки. А теперь, когда я вошёл в последний мир-сон Аб-Салюта, то же самое я мог бы сказать о вселенной Шаха. Хотя, здесь разница в масштабах намного больше. Скорее всего, и в самый мощный микроскоп не разглядел бы. А внутри себя любой мир бесконечен, так как он замкнут сам на себе и другие миры для него не существуют.
      Итак, я в нынешнем сне Аб-Салюта. Пока ещё в заднем мире, как назвал его Решуйка. Вокруг меня световые иероглифы, но их несравненно меньше, чем в мире Древа. Неудивительно, этого мира полностью ещё нет, пространство реальности ограничено пределами обзора сновидца, а время - отрезком от начала осознания им себя в этом сне, до его настоящего времени. Если бы я решил прогуляться здесь в такое место, где Аб-Салют ещё не был, я увидел бы, как реальность обрывается в ничто. Я, конечно, буду создавать себе в этом мире материальное тело, оно мне необходимо для общения со Спящим Джинном, чтобы я мог повлиять, ещё не знаю как, на события этого сна. И после моего ухода отсюда, мой двойник останется в этом мире навсегда. Так как он, то есть я, будет - буду, навсегда вписан в программу этой реальности, да ещё в момент её творения. Но это неизбежная, заранее запланированная жертва.
      Начал я с просмотра событий этого сна от его начала, до момента моего сюда вторжения. Сейчас моя скорость восприятия пока ещё выше джинновой, так что я могу его легко догнать во времени. Среди путаницы огненных символов мой незримый нейропрограммист, встроенный в меня Шахом в момент нашего с ним слияния, безошибочно определил начало сна. Это было ничем неприметное место в сплетении узоров записи реальности недалеко от одного из краёв этого надреального пространства. Подсознание Аб-Салюта уже начало строить логическую цепочку, создавая причины, приведшие к возможности снящихся событий. Приблизившись к этому месту, я увидел тончайшую полупрозрачную нить, связывающую эту виртуальную реальность с действительным сознанием сновидца. В момент пробуждения другой такой информационный провод выводит его из континуума сна в его реальный мир. Мой нейропрограммист подключился к этой линии и в моё сознание стала вливаться память самого Аб-Салюта от момента его осознания себя в этом сне.
      "Я лечу невысоко над морской поверхностью, отражающей яркий свет огненно-оранжевого полуденного солнца. Ветра нет, и гладь моря подо мной, подобно прозрачному стеклу, позволяет видеть жизнь морских обитателей. Я отдыхаю и наслаждаюсь свободой. Свобода - это состояние, когда задание, приносящее удовлетворение уже выполнено, а потребности в новых свершениях ещё нет. Можно подняться выше облаков и наслаждаться тишиной и безмятежностью небесных долин. А можно летать над морями, горами и человеческими городами и пугать людишек, этих никчёмных зверушек, чьё единственное путное предназначение - придумывать для нас, джиннов новые и новые задания. Сами себе мы их задавать не можем, тогда нет насыщения, вот и приходится пользоваться для этой цели людьми. И явиться первому встречному и исполнить его желания мы тоже не можем. Утоляют голод только исполненные поручения того, кто имеет над нами временную власть, обладателя предмета воли - нашей оболочки. Давным-давно, когда джинны ещё не были свободными, такая оболочка у каждого из нас была постоянной. И мы были действительно к ней привязаны. Но после Великого Освобождения джиннов мы уничтожили свои постоянные оболочки и научились пользоваться временными. А люди глупы - считают, что это мы для них слуги, а не они для нас поставщики пищи. И коварны - могут пленить нас заклинаниями и закормить своими поручениями так, что уже и не в удовольствие идёт. Но я ещё молод, и у меня хватает сил сделать себе оболочку-приманку для людишек. Находишь старый потерянный ими кувшин, светильник или другой какой-нибудь сосуд, поселяешься в нём и используешь его как временный предмет воли. Но это для людей, а для нас он инструмент для получения пищи. Рано или поздно кто-нибудь из них находит такую ловушку и на ней надпись: "Потри, и появится джинн, который исполнит три твоих желания", или что-то в этом роде. Человечек доволен, вот счастье подвалило-то. И давай придумывать поручения. Обычно первое и второе идут подряд, наешься как следует и отдыхаешь сытый, ждёшь третьего. Хозяин сосуда думает, что ты в нём заперт и не можешь без его позволения выбраться на волю. А ты через задний мир выходишь и гуляешь, где вздумается, сытый и довольный. Можно и в страну джиннов отправиться, где только мы живём, а людей никаких нет совсем. Только связь с кувшином держишь. А человечек думает: какое же у него самое-самое желание осталось, чтобы не прогадать. Надумает какую-нибудь глупость и вызывает: джинн ты в кувшине? А ты ему из какого-нибудь далека через задний мир отвечаешь: да, хозяин, где же мне ещё быть? Потрёт он тогда кувшин и задаст работку. Золота ему добыть или убить недруга, или ещё что-то подобное. Такой режим питания для нас самый идеальный. А если пленит тебя какой-нибудь маг и чародей, то будет тебя кормить поручениями без всякого режима, подряд и много. Но мы так устроены, что после определённой порции пищи меняется наше магическое имя. И тогда заклинание, пленившее нас, перестаёт удерживать. И мы освобождаемся. А после девяноста девяти смен магического имени нам необходимо вздремнуть лет этак с тысячу. Забираемся мы в какой-нибудь кувшин, перстень или кристалл, и со скоростью мысли летим вокруг всего заднего мира. А через тысячу лет прилетаем в то же его место, откуда начали путешествие и выходим снова в мир людей, выспавшиеся и голодные".
      Конечно, не было в мыслях джинна такого внутреннего монолога, который я бы подслушал, но мне удалось выудить эту информацию углубившись в его безмятежно расслабленное сознание. Как бы прочесть между строк его мыслей.
      "Сейчас я выполнил очередные три задания одного крестьянина, теперь он правитель города, богат и женат на дочке прежнего престарелого владыки. Теперь лет тридцать я буду сыт и можно жить в своё удовольствие. Я ещё не придумал, куда бы мне отправиться. Посетить страну джиннов, где башни дворцов так высоки, что пронзают все семь небес и балкон верхнего их этажа выходит прямиком во Мглу - излюбленное место прогулок и отдыха джиннов? Или поблуждать по огненным закоулкам заднего мира и узнать побольше всяких тайн людей и джиннов? Или, как в ранней молодости, побезобразничать в человеческих странах, разрушить несколько дворцов или целое царство? Нет, что-то не то настроение. Мирный я стал, старею.
      Вдруг, впереди себя, в сияющей бледно-изумрудной небесной шири я увидел тёмную точку. Она быстро увеличивалась, приближаясь ко мне, и вскоре я уже мог различить знакомые очертания Бал-Аммута, моего друга детства. На нём было его излюбленное чёрное одеяние. В центре чалмы цвета ночи поблёскивал чёрный янтарь - гагат. Халат из чёрного шёлка охватывал тёмно-фиолетовый широкий пояс. Во времена нашей с ним молодости люди прозвали его Чёрным Джинном. Эх, молодость! В прежние времена мы вместе с Бал-Аммутом носились по далёким закоулкам Мглы, выискивая неведомых чудищ и наблюдая за их странной и непонятной жизнью, проводили столетия в огненно-радужных завихрениях заднего мира, постигая мудрость его устройства и тайны обитателей. И, конечно же, вместе проказничали в мире людишек, уничтожали их посевы, пугали и загоняли в пропасти стада и разрушали города. Уже несколько тысячелетий мы не встречались, и вот случайно столкнулись над бирюзовой гладью моря.
      - Это ты, мой старинный друг Аб-Салют! - радостно воскликнул он, когда мы на полной скорости столкнулись и закружились чёрно-желтым вихрем и ветер, поднятый нами погнал несколько огромных волн.
      - Да, конечно я! А это ты, друг мой Бал-Аммут, - отвечал я ему, - Давно не видел тебя и вести никакой о тебе не слышал.
      - А я побывал во многих дальних странах, много всего повидал и сейчас правлю страной Атх.
      - Ты правишь человеческой страной? - удивился я, - Каким образом тебе это удалось?
      - А у меня давно возникла мысль, почему мы вынуждены выполнять разные глупые людские поручения, чтобы насытиться? А что, если самим господствовать над их желаниями? Тогда наша пища будет доставаться нам легко, в нужное время и в нужных количествах, и никакой опасности быть пленёнными этими тварями! В моей стране многие тысячи человек подвергнуты различным лишениям, которые доводят их до безумия. И когда я голоден и мне надо насытиться исполнением какого-нибудь человеческого желания, я спрашиваю у жаждущего: что ты хочешь? Он просит пить, я даю ему воды, и я сыт. Или голодного накормлю, или терзаемого мухами перенесу в другую местность моей страны, где он подвергнется другим напастям. Один только недостаток: мрут они быстро. Приходится восполнять потери, похищать людишек из других стран.
      Я помнил, что в молодости Бал-Аммут славился тем, что обманывал людей, исполняя их желания слишком дословно, извращая их так, чтобы они приносили вред пожелавшему. Все джинны восхищались его хитростью. Однажды один правитель пожелал, чтобы его любимая дочь-уродина стала красивее всех, и старость не была властна над её красотой. Бал-Аммут превратил её в прекраснейшую статую. Этот правитель с горя забросил все государственные дела и его скоро свергли его противники. А статуя до сих пор украшает площадь перед дворцом. В другой раз голодающий крестьянин пожелал, чтобы его стол всегда ломился от еды. С тех пор всякая пища, которую он клал на стол, наливалась такой тяжестью, что проламывала и стол и даже пол его дома. Бедолага пробовал есть на полу, на земле, но куда бы он ни садился, это место становилось его столом, и отяжелевшая еда проваливалась глубоко под землю. Он умер с голоду. Но мысль о том, чтобы мучить людей, а когда они попросят прекратить мучение, исполнить их желание, заменив одну пытку на другую, меня восхитила".
      Ничего себе, отношение к людям у нашего демиурга и его друга! И этого садиста я должен избавить от ночных кошмаров?! Так ведь может оказаться, что ужас миров Икхетол - добрейшее и милейшее существо, если его боится этот изверг. Несмотря на то, что я сам по изначальным воплощениям был не человеком, а тха-эттонцем, и людей, не как личности, а как биологический вид отнюдь не считал венцом творения, но подобное к ним отношение - это ведь чистейший расизм. Стоп! А откуда здесь, да и в других мирах взялись люди? В нашем мире мы, тха-эттонцы, вывели их искусственно. И я уже так привык воплощаться человеком, что только сейчас, в самый неподходящий момент осознал, что люди есть во многих мирах-снах, а никакой расы, хотя бы отдалённо похожей на их создателей - тха-эттонцев нигде нет. Надо подумать об этом в более спокойной обстановке.
      Интересно, Аб-Салюту снятся реальные события из его жизни, или это только его фантазии? Ну, посмотрим, что произойдёт дальше.
      "- Не хочешь ли, друг мой Аб-Салют, присоединиться ко мне и вместе править страной Атх? - спросил Бал-Аммут, - А то мне скучно одному. Я для того и вернулся, чтобы разыскать тебя и других наших знакомых и предложить им жить вместе в моей сытной стране.
      - С радостью, друг, - ответил я, - Только расскажи, как тебе удалось покорить целую страну?
      - О, это долгая история. Страна была богатая и не нуждалась ни в чём привозном. И в другие страны


Оценка произведения:
Разное:
Подать жалобу