Даст Бог, и доживём до белых мух,
Хотя и рано говорить об этом,
Ведь на дворе июнь, искрится лето
И солнце светит... Всё конечно по уму,
Но как-то гулко бьётся за грудиной
Мотор. Скажи, ну, что за ерунда?!
Не знаю - то ли мне совсем «звезда»?..
Но это медицинская рутина...
Ведь, мягко скажем - зрелые года.
Уж позади иллюзии и страхи.
Но вот, в холщёвой вышитой рубахе
Во сне приходит дед, зовёт... Куда?
И я иду за ним, не сомневаясь,
И он меня приводит на погост -
Там за «железкой» старой, через мост -
Лежит плита замшелая, кривая.
Стоим, молчим... Вот я уже одна,
Тихонечко под нос бубню молитву,
Винюсь и каюсь. В душу дверь открыта,
И всё прозрачно, видимость - до дна.
Хороший это сон - цветной, картинный,
И яркость красок словно на холстах
Моне и Ренуара — красота!
И все воспоминанья жизни длинной
Плывут, плывут, как будто по реке,
И я порой выхватываю что-то,
Как угли из огня, и неохота
Расстаться с ними просто, налегке.
И я пытаюсь удержать виденья.
Вот тут-то сердце и стремится вскачь,
А сон уходит - хоть кричи, хоть плачь!
Такое возрастное наважденье...
|
, чтобы не закисли и не отказали...
