Мои пять дней в Гонконге (страница 1 из 2)
Тип: Произведение
Раздел: По жанрам
Тематика: Без раздела
Автор:
Баллы: 2
Читатели: 29
Внесено на сайт:
Действия:

Мои пять дней в Гонконге

        

            Привет, Гонконг! Несколько часов лета, и я у тебя. Я сойду с трапа самолета, и, не ожидая багаж, пройду сквозь терминал и сяду в такси. И ровно через час такси доставит меня к цели моего приезда. Твой легкий ветер радостно, как соскучившийся по хозяину щенок, прикоснется ко мне своим нежным языком, а вечерняя прохлада мягко обнимет меня. Я пробуду с тобой ровно пять дней, свое общение распланирую по дням, как делаю это всегда, когда приезжаю. Я приезжаю к тебе, когда устаю от навалившихся проблем, клиентов, коллег, и когда сам устаю от суеты города, в котором живу. Я не устаю только от друзей, но с друзьями встречаюсь не так часто, чтобы с ними можно было снять накопившийся стресс и восстановить свой внутренний баланс. У моих друзей  свои дела и  заботы. Встретиться с тобой, Гонконг, у меня получается чаще. И с каждой встречей отпускают меня воспоминания о Ней, которая ушла от меня в вечность, оставшись глубоко внутри ─ в сердце и в памяти навсегда.
          Мне здесь хорошо, я как будто в раю, где поют канарейки, лаская слух, беззаботно прыгают обезьянки и стрекочут цикады, приводя  меня  к легкому и  спокойному созерцанию окружающей меня жизни. Есть ли в раю цикады, не знаю, но  почему-то уверен, что канарейки и обезьянки в раю обязательно есть. Не обезьяны, а именно обезьянки-маленькие и вертлявые, с внимательными хитрыми глазами в вечном поиске еды. Все пять дней я буду наслаждаться свободой, которую  могу почувствовать только здесь. Я буду бродить по городу, ни о чем не думая,  вытряхну все мысли из своей головы, как мусор из ведра, и свои проблемы оставлю где-то далеко, за пределами твоего пространства.
        Я влюбился в тебя, Гонконг, с первого вдоха твоего волшебного воздуха, воздуха свободы. Есть что-то завораживающе-таинственное в твоем звонком имени, похожим на звук корабельной рынды. В твоем имени уже присутствует ощущение праздника. Также младенец, впервые увидевший окружающий мир в вертикальном исполнении, открыв рот,  смотрит на  этот мир широко раскрытыми глазами. Влюбился с первых же метров, пройденных по твоим узким уютным улицам, лестницам и переходам, которых у тебя миллион. Я пройду по ним. Обойду все улицы и улочки,  чтобы  запомнить их неповторимый запах и колорит до следующей встречи.
        И, конечно, заблужусь среди них, твоих улиц, на первый вид совершенно одинаковых. Это немудрено, потому что их много, они  пересекаются одна после другой  через каждые два небоскреба.  Я с удовольствием обращусь за помощью к любому из твоих жителей, и каждый из них на безукоризненном английском терпеливо начнет объяснять мне как пройти на «JEVROIS-STREET”, где я остановился в отеле «H0LLIDAY-EXPRESS”, а потом, когда  ничего не пойму, мне с улыбкой ответят: «I want to help Your, but…I,m sorry». Я пойму только эту последнюю фразу, и также  улыбнусь в ответ. Дорогу к отелю найду ─ случайно выйду к нему, он окажется рядом за углом, на соседней улице. 
          Я обязательно поднимусь на твою самую высокую точку на знаменитом на весь мир трамвайчике. Он поднимет меня туда почти вертикально за двадцать минут. Назвать его фуникулером не поворачивается язык, это было бы слишком обыкновенно и не романтично. Это уникальный аттракцион, любимый туристами, оккупированный ими полностью и потому им принадлежащий, диковинная достопримечательность. Но все-таки общественный транспорт, и поэтому у него есть остановки, посередине пути. Маленькие площадки с лестницами дальше  вверх и вниз по склону среди беспорядочно натыканных домов-исполинов. На остановках  садятся редкие пассажиры, я полагаю, это местные жители из рядом стоящих, как будто вкопанных в землю, высоток, чтобы подняться  выше, на самый пик или спуститься в город. Этому транспорту больше ста лет. На канатно-электрической тяге с коротким,как выстрел, названием «PEAK-TRAM»,с небольшим музеем на станции отправления. На площадке вверху выйду вместе со всеми и поднимусь еще выше, на башню, и уже в который раз сверху буду любоваться изометрией твоих небоскребов, и их крышами, это твоя крыша. Я стою на ней. Я вдоволь насмотрюсь вниз на  удивительную красоту, которая как всегда, по-новому, откроется моему  взору.
          Прогулке пешком по твоим улицам я посвящу первый день моего пребывания. Выберу те, на которых давно не был. Я вернусь поздно вечером, чтобы упасть без сил на кровать в маленьком гостиничном номере, в котором почему-то свободно,  не смотря на размеры.
          ─How Yore walk on citi today?-вопрос ко мне такого же туриста на хорошем английском останется без ответа. Мы выходим вместе с ним из лифта на одном этаже, и прячемся в своих гостиничных номерах-сотах. Вопрос мне понятен, но только времени на ответ мне необходимо больше, чем на его перевод, и уже засыпая, отвечу: «It was strong,  but I,v got most grand pleashаr”.
        Примерно так я общаюсь с твоими жителями и гостями, понимая вопрос, и не отвечая на него, или отвечая как-нибудь невпопад. Но беспокоить это меня не будет, потому что все равно понимаю и тех и других. Трудности перевода меня не ограничивают и не стесняют общение с тобой, Гонконг. Я не понимаю только маленьких,торгующих на тротуарах овощами и фруктами престарелых китаянок, с кукольными,  испещренными морщинами лицами. Они не говорят на английском, и на классическом китайском, который немного знаю, тоже не говорят. Их язык понятен только им самим и жителям небольших деревень из Большого Китая, откуда они приехали. Ты, Гонконг, говоришь на кантонском. Но это мне не помешает купить у них пару диковинных плодов. Цены на них написаны, а цифры не нуждаются в переводе.
          Рано утром яркое солнце высветит огромное зеленое зеркало ─ блестящую водную гладь между островом, ─  ты ведь еще и остров, Гонконг, и полуостровом Коулун. Это залив. Я смотрю на него из окна моего номера, с высоты  тридцать второго этажа, и вижу в нем отражение твоей вершины. Там, в глубине оба имени: и залива и Пика, сливаются в одно ─ ВИКТОРИЯ.
          Твои небоскребы разного размера похожи на сталактитовые столбики. Кажется, что они хаотично натыканы на рельефе снизу доверху. Но это кажется только на первый взгляд. На самом деле они создают собой удивительную гармонию каменно-стеклянного мира. Эти небоскребы-столбики стоят так близко друг другу, что свободные просветы между ними похожи на узкие глубокие колодца. Внизу, как на дне, в них что-то движется, перемещается и куда-то  исчезает. Внизу копошится жизнь.
            Променад второго дня у меня начнётся с одной из твоих самых красивых улиц ─ “НОllIWOOD–STREET”. Это улица галерей и выставочных залов, антикварных магазинов и маленьких художественных мастерских. И почему-то всегда пустынная в многомиллионном городе. Но я люблю побродить по ней в одиночестве, и обязательно куплю какую-нибудь картину или сувенир. Их уже много у меня. Зайду в твои бары и ресторанчики, я долго не мог к ним привыкнуть. Два стола ─ бар, четыре ─  ресторан. У тебя мало места, и потому ты сразу определился как город-подсолнух, который тянется вверх, к свету. Ты узкий и высокий красавец, стройный как турецкое копье. Ты одел себя в камень, в гранит и мрамор и похож на черепаху, а все что у нее живое и наружу, у тебя это тихие уголки с маленькими клумбами, беседками и миниатюрными бассейнами с разноцветными рыбками. Это “АREA-СITY”. Уютное место для отдыха, где в трех метрах от дороги уже полная тишина, и никакого  звука и шума, от которых не спрятаться в других больших городах. Тебе удалось это.
            Такого количества камня я не видел нигде. Он повсюду и всякого цвета,  бог только знает,  какого камня здесь нет и каких только домов у тебя нет. Необычно и причудливо выглядят невысокие дома старой английской постройки среди современных исполинов–небоскребов. Тебя называют каменные джунгли, и это красивое название. Но если эти джунгли определены значением как мертвые, то с этим я не согласен. Твои строения, твои бетонные дебри и каменные заросли очень даже живые, тебе и в камни удалось вдохнуть жизнь. Ты мог бы стать идеальным местом для паркура, огромной тренировочной площадкой для этого нового развлечения молодежи.
        Ты очень чистый, Гонконг. Это поразительно, но как у тебя получается сохранить чистоту при таком обилии гостей и приезжих? Может благодаря твоим новым обожателям, которым ты выказал свою гостеприимность? Таиланд и Малайзия, Вьетнам и Филиппины, индусы и пакистанцы, вся юго-восточная Азия здесь. И конечно континентальный Китай, твой новый старый знакомый. Как только ты снова стал его частью, он быстро заполняет тебя. Тебе рады угодить все. Все, кого ты приютил, готовы вылизывать каждый сантиметр твоих тротуаров, улиц и скверов. Чистота такая, что можно ходить в тапочках и босиком. Но лучше в кроссовках.
        Твои камни не знают пощады, и очень скоро их суровая простота дает о себе знать. Противостоять их хладнокровному  спокойствию можно только в вышеназванной обуви. Кроссовки ─ вот обувь, которая поможет узнать тебя во всем твоем великолепии. И потому непривычно выглядят твои жители в одежде-строгий деловой костюм, галстук и кроссовки. Иначе с тобой нельзя – так и только так  можно познакомиться и подружиться с тобой, разве что если есть запасные ноги. Но запасных у меня нет, и я как все, как большинство. Я быстро привык к этому.
          И еще сквозняки, они как прохладные струи в теплом воздушном море, вдруг дохнут в лицо свежим дыханием. Но у меня есть шарф, без которого у тебя нельзя, и это тоже еще один обязательный аксессуар в местном  гардеробе.
        Весь третий день проваляюсь в гостинице, чтобы отоспаться. И все для того, чтобы следующим днем, а точнее, уже ночью, ровно в ноль-ноль, выйти к тебе в твою ночную прохладу, и отдать волю и душу твоему ночному веселью. Я наконец-то побываю на JAFFA-ROAD, твоей улице «красных фонарей». У тебя тоже есть такая, как и в голландской столице. Я еще ни разу тут не был ни в один из своих приездов. Но в этот визит всё-таки приду, чтобы посмотреть на экзотику этой твоей жизни и удовлетворить своё мужское любопытство. Я не смогу его сдержать.
Я не могу составить компанию голландским гхеррам. Туда, где им доступна такая экзотика, мне далеко. Зато ты, Гонконг, рядом, а завсегдатаи «красных фонарей» и те, кто их зажигает, не менее экзотичные, чем в старой доброй Европе. Долго не буду тут – время для таких желаний еще не пришло, я лишь посмотрю одним глазком. Говорят, что только на JAFFA-ROAD можно увидеть пьяных европейцев и в большом количестве. Я медленно пройдусь по этой необычной улице, чуть задержусь, чтобы посмотреть, как заключаются соответствующие назначению улицы сделки, и сверну в направлении набережной. Ночной Гонконг, ты восхитителен! Я сяду на джонку и прокачусь по заливу на этой старинной лодчонке. И с неё увижу тебя целиком в ярких рекламных огнях, увижу  твое лазерное  шоу, которое  как визитная карточка, как узнаваемый бренд, по нему на всяких  плакатах, фото и  постерах можно сразу узнать тебя.
          Весь четвертый день буду кататься на твоих неповторимых двухэтажных трамвайчиках, которые ты придумал для своих гостей и жителей по типу английских двухэтажных омнибусов.
        Ты ─ мой город. Мой Гонконг, мой


Оценка произведения:
Разное:
Обсуждение
Комментариев нет
Реклама