этажные, магазины, точно такие же, как, скажем, где-нибудь на окраине Москвы. Фонари ярко горят, но, достаточно поздно и ни одной живой души не видно. Только промчались несколько машин, помаячив подфарниками и все.
- Здравствуйте. Добрый вечер. Я хотел бы взять номер.
Не из собственного опыта, знаю, что лучше сказать «взять номер», а не «снять»… или того худе – «остановиться на постой». Это вообще звучит вульгарно, хотя в иных случаях должно срабатывать как надо. Так что лучше «взять номер» - весу больше, по крайней мере, так уверяют некоторые…
В просторном вестибюле никого. Горит только одно бра рядом с входной дверью, остальное пространство теряется в темноте. Неизвестно к кому я обращаюсь с этой «уверенной» фразой. Вот произнес и стою. Жду, что последует какой-нибудь ответ. Что-нибудь вроде – «мест нет» или такое же дежурное. Тишина полная мне в ответ.
Немного подождав, я решаюсь громко кашлянуть, и мой кашель эхом возвращается сверху, откуда вниз спускается широкая лестница. На этот раз слева, за стойкой, где должен сидеть дежурный или администратор раздается скрипенье, какая-то возня и, наконец, показывается лицо, в полумраке не разобрать, чье.
- Слышу я, слышу – голос не то, что неприятный – невнятный какой-то – слышу, что номер нужен. Приезжий или жена из дома выгнала? Что так поздно?
- Приезжий. Из столицы.
- А… значит к нам на постой. Вам, какой номер?
- Я не знаю. А какие есть?
- Всякие. Все номера свободны, любой выбирай.
- Мне бы с душем или ванной… желательно.
- Это можно.
Через минуту у моих ног звякает ключ с биркой.
- Второй этаж налево вторая дверь. Спокойной ночи. Аккуратно в темноте. Свет общий в одиннадцать отключают, а в номере должен быть, найдете выключатель. Кровать застелена.
- А как же?..
- Насчет оформления и прочего? Завтра… все завтра.
- Тогда спокойной ночи.
- И вам того же. – И снова заскрипел, скорее всего, раскладушкой.
Пока в темноте, чуть не на ощупь, тащил свой багаж на второй этаж, почувствовал, что устал смертельно. Как ни странно, дверь обнаружил сразу, и открыл нормально. И даже выключатель зажег. Последнее было проще всего – за окном на площади горел фонарь, свет его хоть и с трудом, но все же продирался через листву раскидистого тополя.
Номер, как номер. Вот даже лампочка со старомодным абажуром какой-то уют создает. Кровать, стол, шкаф, пара стульев и кресло в углу – чего еще нужно.
Не стал распаковываться. Кое-как стянул с себя одежду, залез под душ, длинной дугой торчащий над чугунным поддоном. Теплая вода не принесла облегчения. Волдырь на ноге сам собой прорвался, так что к утру подживет. Дотащился до кровати, стянул покрывало и с легким стоном облегчения рухнул.
Засыпать можно по-разному. Засыпая, я почувствовал, как моя голова проваливается куда-то вниз, а ноги, наоборот, задираются вверх – такое вот «кручение организма».
Завтра… все завтра.
4.
- Я тебя напугал?
- Не очень… ты кто?
- У меня много имен. Это не так уж важно.
- Я тебя раньше не видела.
- В трудах все, отдохнуть некогда. Что ты, Ева здесь делаешь?
- Я просто гуляю. Откуда ты знаешь, как меня зовут?
- Так тебя зовет Адам.
- Адам? Красивое имя. А это кто?
- Адам?
- Да.
- Босс сегодня назвал его Адамом.
- Ты часто видишь Босса?
- А ты?
- Я первой спросила.
- Постоянно. Я просто его тень… в некотором смысле. Так вот, Босс назвал его Адамом. Сегодня.
- Ты сказал.
- Ты счастлива с Адамом?
- Счастлива?
- Ну, что за разговор… вопросом на вопрос. Я хотел спросить, ты знаешь, что такое счастье?
- Что это?
- Счастье… это когда ты начинаешь чувствовать себя птицей, когда ты переполняешься нежностью ко всему миру и твое тело готово разорваться на тысячу сверкающих осколков и все равно этого мало. Когда тебе кажется, что в тебя вселяется Босс… когда…
- Разве это возможно?
- Посмотри вокруг. Птица поет, потому что она счастлива. Она полна любви. Цветок распускается от ощущения любви.
- Ты сказал – Любовь?
- Да. Счастье это и есть любовь. Счастье и есть ощущение присутствия в тебе Босса. Видишь, вон те два маленьких зверька, что слились в один комочек? Они в этот миг полны любви и счастья.
- Я не понимаю.
- Конечно. Для этого надо раз попробовать.
- Что?
- Впустить в себя счастье. Вот держи.
- Этот плод нельзя…
- Так сказал Босс?
- Да.
- Он просто забыл предупредить, что с сегодняшнего дня разрешает. Попробуй.
- Хорошо…
- Вкусно?
- Да. И это все? А где же счастье? Где любовь?
- Это только начало. Теперь надо впустить в себя… Я покажу тебе как это…
- Он такой большой и горячий. У Адама он…
- Он просто еще не…
- Ему тоже можно съесть этот плод?
- Конечно. И тогда ты сможешь его тоже впустить. Также как это делаю я.
- Немного больно.
- Когда ты входишь в воду, она тоже сначала кажется очень холодной.
- О-о-о!
- Ты можешь это испытывать столько раз, сколько захочешь.
- Я смогу тебя увидеть еще? Скажи, как тебя позвать?
- Придумай сама. Только очень коротко, у меня еще много дел – спешу.
- Ты будешь… ты будешь… Гад.
- Так меня еще никто… Ты сказала.
***
Завтра наступило очень поздно. Я, наверно, полдня проспал. Ничего не снилось. Хотя в этом ничего удивительного не было – вчерашний день был настолько ирреален, что самый простенький сон… ну, скажем, о том, как я еще куда-нибудь двигаюсь, было бы для моего сознания просто невозможно.
Я проснулся и долго рассматривал желтенький тканевый абажур с бахромой, пытаясь соединить этот абажур со вчерашним днем, от которого у меня осталась только боль в ноге. Потом я перевел взгляд на стену рядом с кроватью. Рядом совсем, не высоко, на расстоянии вытянутой руки, увидел простенький динамик радио. Такой у нас был в доме, когда я еще был совсем маленький. Но я это запомнил. Рука непроизвольно потянулась к нему и повернула ручку.
- Пик-пик-пик-пик-пик-пик… Московское время десять часов. Сегодня, 25 июля 1962 года. Последние известия. Верховный суд СССР, продолжил слушание по делу Олега Пеньковского…
Как шестьдесят второй? Вчера же был только шестьдесят первый? За время сна я уже свыкся, что попал в 61-ый год. Так что же получается? Или вчера была какая-то ошибка, или время решило бежать с невероятной скоростью – год за день. И что тогда? Если следовать этой логике, то всего через какой-то месяц с небольшим, я смогу оказаться в своем времени? Значит, все не так уж и плохо. А раз так, то надо бы воспользоваться предоставленной возможностью. Для начала, порыться в своей памяти… что там… сейчас происходит на данный момент истории.
Итак, я сам еще в «проекте» только. Что там еще было в 62-ом?
Ответить
Удалить