Поверженный Икар (страница 4 из 41)
Тип: Произведение
Раздел: По жанрам
Тематика: Повесть
Автор:
Баллы: 4
Читатели: 2263
Внесено на сайт:
Действия:

Поверженный Икар

что это выльется в следующий проступок.
Я понимал, что Чкалов по своей молодости не может понять глубины по¬следствий своих поступков и как он отрицательно влияет на своих подчиненных. - Отсюда напрашивался вывод, что командиром звена Чкалову быть рано, Чкалова необходимо учить... Я заявил, что к нему буду беспощаден, каждый его поступок буду лично разбирать, вызывать и буду очень строго реагировать...
Постепенно Чкалов начал осознавать нетерпимость совершаемых им проступков и постепенно стал отделываться от них. Я выискивал у него при¬мерные действия для того, чтобы поощрять его за эти действия и даже ста¬вить в пример другим. Когда я стал ставить его в пример другим, это оказа¬ло на него сильное, самое благотворное впечатление.
До этого он понимал, что в эскадрильи он не пользуется авторитетом за свои проступки. Гауптвахты, наказания, замечания, вызов к начальству его очень сильно угнетали. Я это выявил из писем, которые мне показывали, в которых он жаловался как своим товарищам, так и своей жене (Валерий Чкалов и Ольга Орехова поженились 27 февраля 1927 года). У него проскальзывала мысль бросить авиацию, бросить военную службу, что, мо¬жет быть, у него не получится ничего. Эта мысль настолько его угнетала, что он начал терять веру в свои силы. А когда я его поощрил, привел в при¬мер другим, он сразу ожил, повеселел и начал более четко выполнять полу¬чаемые указания.
Когда я убедился в том, что он начал осознавать свои проступки и пра¬вильно их оценивать, что стремится изжить свои недостатки, я снова назна¬чил его командиром звена».
По оценке, данной Шелухиным молодому летчику Чкалову, у него были все качества летчика-истребителя, он умел навязать воздушный бой истре¬бителю противника, умел увлечь за собой подчиненных, он был вожаком в воздухе.
Однажды в кругу семьи Чкалов рассказал о том, как ему пришлось ме¬нять тактику воздушного боя во время учебных полетов:
- Мне часто приходилось на истребителе разбивать строй разведчиков. С задачей я обычно справлялся, идя в лоб. «Враг» не выдерживал и рассыпал¬ся. Но вот однажды «враги» мне сделали категорическое предупреждение.
- Ни при каких обстоятельствах дороги не уступим! Положение осложнилось. Если угроза будет выполнена, то столкновение неизбежно. Пришлось изменить тактику.
- В воздухе я быстро занимаю место непосредственно перед строем раз¬ведчиков. «Бочка» влево и «враги» поставлены перед дилеммой: разбиться о мой самолет или рассыпаться. Было ясно конечно, что, начав делать «боч¬ку», я уже не могу влиять на ход событий и это уже дело «врага» сделать выбор между жизнью и смертью. Разумеется, жизнь победила, и строй рас¬сыпался.
Эти качества Чкалова командир эскадрильи использовал при внедрении групповых полетов, групповых действий истребительной авиации и совер¬шенствовании воздушной стрельбы по мишеням, перемещающимся в про¬странстве.
«Чкалов первый показал образцы групповой слетанности, лучше всех в эскадрильи водил самолеты в группе. Он уже сам обучал летный состав очень сложному, групповому воздушному бою», - вспоминал Шелухин.
Из вспоминаний Астахова: «Мы встретились с Чкаловым в 1926 году на приеме у начальника Военно-Воздушных Сил. На этом совещании некоторые опытные летчики, в том числе и Чкалов, докладывали результаты проверки авиачастей - как практически летчики и экипажи одноместных и двуместных самолетов подготовлены к полетам в сложных условиях, как пробивают облака и летают вслепую. Поручение Чкалову такого ответственного задания говорило о возросшем его мастерстве и технической грамотности. Его доклад был правдив, грамотен и убедителен. Некоторые, лично его, чкаловские предложения были аргументированы предельно точными выводами. Сам он возмужал и прекрасно выглядел, держался примерно, дисциплинированно и на всех производил блаприятное впечатление».
Из практики первой мировой и гражданской войн следовало, что для того, чтобы сбить самолет в воздухе, необходимо около 15 попаданий в него. Эс¬кадрилья имела опыт воздушной стрельбы по воздушным шарам, которые, перемещаясь только в вертикальной плоскости, никак не могли имитиро¬вать движение самолета. Необходима была тренировка воздушной стрель¬бы по движущимся мишеням - «самолетам».
Шелухин вспоминал: «Чкалов в этой моей работе был мне лучшим по¬мощником не только тем, что он лично сам сверхотлично стрелял, а и тем, что он помогал мне обучать летный состав.
В 1927 году при посещении эскадрильи начальником воздушных сил РККА Петром Ионовичем Барановым, мы уже показали ему этот отличный метод стрельбы. Я, Павлушов, Король, Чкалов, Макарский показали резуль¬таты стрельбы и дали исключительно высокий процент попадания. Сред¬ний процент попадания был 62 на эскадрилью, а отдельные летчики и в ча¬стности Чкалов и Павлушов, дали 98 процентов.
...Как в стрельбу по наземным мишеням, так и в стрельбу по конусам лично Чкалов внес очень много нового, очень много предложений и изобре¬тений для того, чтобы преодолеть все трудности и успешно проводить эти новые виды стрельб.
Тов. Чкалов в эскадрильи считался новатором, все время изыскивал но¬вые способы и методы боевого применения самолета в воздухе, который своими предложениями, новшествами, своей мыслью, помог создать в эскадрильи такую высокую боеспособность, кото¬рая позволила ей занять по праву первое место в ВВС».
В конце июня 1927 года Чкалова направили в Липецк на курсы усовер¬шенствования для повышения летного мастерства. В это время в Липецке базировались иностранные (в основном немецкие, в том числе и Г. Геринг) летчики-истребители. После окончания курсов наши и иностранные летчики показали лучшие методы и способы боевого применения истребителей, а, следовательно, и технику высшего пилотажа, маневренности и стрельбы. В этих показательных полетах Чкалов занял первое место, вызвав восхищение не только участников состязаний, но и при¬сутствовавшего при этом руководства ВВС.
После возвращения Чкалова Шелухин дал ему задание показать всему летному составу эскадрильи, чему он научился на курсах. Чкалов попросил разрешение на свободный полет, на что Шелухин согласился «с большим напряжением». Чкалов готовился три дня к этому полету. Сам просмотрел свой самолет, отрегулировал его, устранил люфты, смазал, проверил все болты и сочленения. В этом ему, конечно, помогла его работа в мастерских по ремонту самолетов в 1919 году. Вообще, следует отметить, что подготовке материальной части он всегда уделял особое внимание, что замечалось и его начальством. Полет совершался на самолете «Фоккер Д-11».
Я хочу привести очень ярко написанные воспоминания В.В.Брандта, слу¬жившего в этой эскадрильи и присутствовавшего при этом показе: «Набрав необходимую высоту, Валерий Павлович выполнил каскад фигур высшего пилотажа, как всегда «по-чкаловски», стремительно и четко. Все шло очень хорошо, командир с удовольствием наблюдал. Вдруг самолет начал пикиро¬вать на ангар. Пикирование выполнялось под большим углом, мотор рабо¬тал на полных оборотах. Машина с ревом неслась к земле, как раз к тому месту, где стоял командир. Все недоуменно следили за этим падением. При¬мерно на высоте 50 метров начался выход из пикирования. Но снижение по инерции, разумеется, продолжалось. В результате самолет пронесся над са¬мой землей, так что в кабине была отчетливо видна голова Чкалова в шлеме. Он смотрел на Шелухина.
В следующее мгновение летчик пошел круто вверх с явным намерением выполнить петлю. Но ведь петля на такой высоте - самоубийство! Все замер¬ли... Набрав высоту около 150 метров и показав зрителям «спинку», Чкалов плавно и четко повернул машину на 180 градусов вокруг продольной оси, продолжая полет без ухода вверх. Фигура Иммельмана! И это на минимально возможной высоте! Он уверенно и абсолютно одинаково повторил фигуру пять или шесть раз. Крутое пикирование с мотором, вывод у самой земли, резкий бросок на петлю и четкий переворот на высоте 150-200 метров.
Закончив программу, Чкалов начал заход на посадку. Но и здесь зрителей ждал сюрприз. Добравшись примерно до границы аэродрома, летчик пере¬вернул машину и продолжал планирование вверх колесами. Когда до земли остались считанные метры, совершил обратный переворот и тут же призем¬лился на три точки, то есть выполнил замедленную «бочку» при планирова¬нии на посадку».
Кончился этот отчет о командировке тем, что Чкалов получил двадцать суток ареста на гауптвахте и двадцать суток отстранения от полетов от ко¬мандира бригады, приехавшего в этот момент на аэродром. Позднее на вопрос командира, зачем он это сделал, Чкалов ответил, что в боевых условиях перед летчиком может стоять проблема вынужденной посад¬ки и этот маневр позволит ему без аварии посадить самолет в любых условиях. Фигуру Иммельмана на «Фоккере Д-11» не выполнял никто, кроме Чка¬лова. Она не получалась, так как машина сваливалась в штопор. Чкалов не только показал возможность выполнения этой фигуры высшего пилотажа, но и по просьбе командира рассказал, как он это делает. Его рассказ был коротким:
«Сначала я отвязываюсь и сажусь как можно глубже в кабину, чтобы «ногу больше дать». Газ на разгоне даю за защелку. Потом ловлю момент и даю рули до отказа».
Достаточно все просто, но за этой простотой чувствуется серьезная про¬работка проблемы.
Однако не было у него того безумного лихачества, которое ему приписы¬вают. Перед совершением какой-либо новой фигуры шел серьезный анализ каждого движения летчика и самолета. Однажды В.В.Брандт увидел отца с карандашом над какими-то чертежами и схемами, что-то серьезно осмысли¬вающего. На очевидный вопрос, чем он занимается, Чкалов ответил, что думает над тем как сделать обратную петлю, но ничего не получается - плос¬кость может отвалиться.
Его целью было знать в совершенстве технику, на которой он летает. Это давало ему возможность избегать аварий в самых неожиданных случаях. По воспоминаниям Брандта, был такой эпизод: «В полете строем в составе эс¬кадрильи у самолета Чкалова внезапно остановился мотор. Не теряя време¬ни, Чкалов перевел машину в крутое пикирование, запустил мотор, догнал эскадрилью и, как ни в чем не бывало, занял свое место в строю. А ведь случай был аварийный, если не хуже: высота около тысячи метров, внизу лесной массив».
Да, Чкалов мог летать как никто другой, но подражать ему было невоз¬можно и даже опасно. Это, естественно, раздражало начальство, и оно вся¬чески тормозило его рост по службе. Так он и ходил в старших летчиках, числясь вдобавок и недисциплинированным.
Однако, когда встал вопрос об участии 7 ноября 1927 года в празднике, посвященном 10-й годовщине Великого Октября, в число участников был вклю¬чен Валерий Чкалов. Разрешение на участие Чкалова в авиационном праздни¬ке Шелухину дал Яков Иванович Алкснис, назначенный к тому времени заме¬стителем П.И.Баранова. По просьбе Алксниса Шелухин рассказал о самом искусном летчике-истребителе эскадрильи Чкалове, который мог бы показать высокий класс в индивидуальном полете. Шелухин при этом попросил Алкс¬ниса разрешить летчику свободный полет на низких высотах.
8 ноября на Центральном аэродроме в Москве


Оценка произведения:
Разное:
Реклама