Осеннее танго_2-02 (страница 1)
Тип: Проза
Раздел: По жанрам
Тематика: Повесть
Автор: Леонид Романов
Баллы: 2
Читатели: 20
Внесено на сайт: 12:29 13.06.2018
Действия:

Предисловие:
.
Здесь хочу заметить, что все персонажи написаны по реальным "действующим лицам".
Но, за прошедшее время кто-то уже покинул нас, а кто-то - всё ещё с нами. Поэтому я позволил себе слегка изменить фамилии, оставив имена в покое.
Все остальные события остаются на моей совести.
Кроме исторически верных, конечно....
Как и назначение военных подразделений.... Да!

Осеннее танго_2-02

.
Продолжение


Порядок вещей

            …Наш комполка Максимилиан Всеволодович сразу показался мне грозным, обстоятельным офицером. Мы все за глаза называли его просто Батей – уж очень заковыристое было у него имя. А фамилия!.. Фамилия говорила сама за себя – Острах! Конечно, Батя знал наше неуставное попущение, но глаза закрывал.
            Но сейчас он сидел в общем зале за отдельным столиком, накрытом салфеткой и доедал  свою порцию супа, налитого из солдатского котла, который стоял на нашем столе, где расположилось моё отделение. Если бы не форма, можно было подумать, что зашёл на обед уставший учитель. Короткая стрижка чёрных волос и орлиный с горбинкой нос, сразу выдавал выходца с юга страны.  Потом мне стало известно, что родом он был из Сальских степей.
            Его обслуживал Дежурный по столовой в накинутой белой поварской куртке. Компот он не пил, а подошедшему гарсону сказал густым баритоном «Благодарю»….


            С Батей я познакомился ещё прошедшим летом, когда вместе со всеми своими немногочисленными подчинёнными участвовал в учениях. И произошло это при обстоятельствах не совсем для меня приятных.
            Учения проходили со свойственными им манерами, шумом, разрывами, грохотом и свистом различной пиротехники и потешных дымовых фугасов. Всё передвигалось, задерживалось и устанавливалось там, куда было указано командным перстом того или иного старшего офицера.
            Местность, на которой пришлось воевать нашей роте, была не ахти какая приятная как на вид, так и в тактическом плане, в котором я к тому времени уже немного стал разбираться. Несколько сопок отгороженных друг от дружки старыми полузасыпанными осевшим грунтом оврагами. Там и сям торчали какие-то лысые бугры, которые высотками можно было назвать с большим допущением.

            Комроты следит из своего окопчика за битвой, управляет подразделениями с помощью радиостанции. Причём, их у него целых две штуки – одна «стопятка» для управления, а вторая – для связи со штабом и непосредственно с посредником, засевшим в штабе.
            Поступила новая вводная, и Михайлов даёт команду моему взводу продвинуться между двумя буграми с целью преградить и уничтожить силу условного злодея.
            Не успел ещё покинуть командирский окопчик взводный старшина Рынкевич для выполнения приказа, поступает новая вводная – нашего старшину убило незрячей пулей.
            Вместо него приказано оставить самого старшего во взводе. Стало быть, меня.
            Размышлять было некогда – война есть война. Делаю зверское выражение лица и принимаю команду над взводом, недавно испечённый младший сержант.

            Продвигается мой взвод на позицию, а я издалека смотрю на неё, и что-то мне в ней не понравилось. Что-то там было не так!
            Меня словно током шибануло, когда я уже хотел указать отделённым условный рубеж развёртывания взвода. Это же классический капкан! Словно в голове у шахматиста, у меня в мозгу пробежали искры-сигналы по нейронным, или каким-то там ещё связям. Я же сам веду пацанов своих прямиком на погибель. Правда, не совсем настоящую! Но кому же нравится быть убитым даже понарошку?!
            Но приказ необходимо выполнять. И выполнить я его никак не смогу, потому что мою команду сразу выведут из полковой игры в расход. Значит, его надо выполнить так, чтобы остаться живым, но злодейскую силу оградить и уничтожить!

            Недолго думая, принимаю решение и командую новое направление. Как нельзя кстати, местность между высотками была для перемещения моего взвода благоприятной. Небольшой овражек с продолжением в виде густо-заросшего ложка. А за ним – будущий рубеж, с которого вся местность хорошо просматривается и поражается праведным огнём возмездия.

            Пока окапывались в спешке, намечали сектора обстрела. Я выбрал для своего КП неровные развалины то ли старой кузницы, то ли мастерской. Вызывает меня по связи Михайлов, дабы убедиться в нашем прибытии на место. Отвечаю, что всё в порядке, рубеж занял, жду появления противника. Чувствую, что он молчит в замешательстве. Слышу в наушниках: «Вас не вижу!» мне остаётся только ответить, что со своего КП ему меня увидеть нет никакой возможности.
            Действительно, как потом оказалось, это была чистая правда – местность не просматривалась.
            И тут началось! Как в плохом романе – вдруг….

            Мотострелки Синих врезались в нашу оборону в надежде быстро её прорвать. Вернее, это им показалось, что они в неё врезались. Всё оказалось гораздо хуже для противника. Они ожидали, что наши, то есть, мой взвод, займут эту очень выгодную с их точки зрения позицию. Но сейчас Синие оказались в ловушке – попав под фронтальный удар основных сил, они теперь обстреливались с левого фланга ещё и моим взводом. Запаса для маневра у них не было никакого. На правом фланге мы прижимали Синих к их же минному полю.
            Немного поторопившись, Синие выставили против нас свой козырь – бронетранспортёры последней серии, недавно прибывшие в полк. Они стали атаковать пустые позиции, а мои противотанкисты ловко расстреливали технику своими средствами фланговым огнём.

            В пылу атаки я пытался не потерять связь с ротным. Он никак не мог понять, откуда мы истребляем противника. Я дал ему свои координаты – в наушниках застыл белый шум. Он прокричал, что сейчас сам прибудет на позицию.

            Не проходит и пяти минут, как с тыла, прижимаясь низко к земле, подбегает комроты, спотыкаясь на грудах битого кирпича.  Он осмотрелся и оценил обстановку.
            – За невыполнение приказа придётся ответить, сержант! – Семёныч жуёт челюстями – признак крайнего раздражения. – А позиция ничего…. Я не один. Сейчас танкисты отсюда ударят! Ты своим передай!
            Я тут же отправил по цепи стрелка.
            И тут на меня наваливается новое прозрение – из черноты ночных гор на меня летит лавина, сметающая всё на своём пути.  Меня вывел из мгновенного оцепенения удар по плечу и голос ротного.
            – Ты что?!

            Я резко хватаю его за грудки и бросаю всю общую массу в сторону выхода из развалин.
            Признаться, я немного помял своего ротного, пока вытаскивал из развалин, одна стена которых стала на глазах вспучиваться, словно резиновая грелка, которую заполняют водой. На ней показались резкие трещины, и большие глыбы её начали отлетать в ту сторону, где мгновение назад мы находились вдвоём….


            …Через сутки после прибытия в расположение, меня вызвал комполка.
            Кабинет в два окна, стол хозяина и к нему приторочен ещё один стол поскромнее. Хозяин стоит возле окна и наблюдает за строевыми занятиями на плацу, что лежит немного наискосок от штаба. Невысокого роста, в непривычных для глаз туфлях, без кителя и руками за спиной, его орлиный профиль освещало послеобеденное солнце.

            Вхожу. Докладываюсь, как положено.
            – Молодцы! – Произносит он с удовольствием, вероятно в адрес марширующих.
            Стою молча, как полагается военнослужащему на командирском ковре.
            – Я изучил твою характеристику, сынок. В ней сказано… – Батя делает короткую паузу, вспоминая необходимую фразу из документа. – В ней сказано, что у тебя есть определённые навыки руководителя.

            Он снова замолкает, будто даёт мне возможность осмыслить цитату.
            Снаружи послышались команды – строевые занятия закончились. Полковник занимает своё место за столом.
            – Вот интересно, кто придумывает такие странные фразы – определённые навыки. – Он по-прежнему не смотрит на меня, занятый теперь изучением машинописного текста на бумаге. Жирная синяя печать хорошо видна с моей стороны. – Знаешь ли ты, что такое приказ, сержант?

            Ну вот, сейчас начнётся самое главное.
            – Приказ имеет своей сутью продолжение и выполнение воли начальника, товарищ полковник. – Чётко ответил я. Правда, не совсем по Уставу, но коротко и верно.
            – Гм… – После небольшой паузы, словно взвешивая каждое моё слово, Батя, наконец, поднимает на меня командирские очи. – Однако, верно, чёрт бы тебя побрал!
          После такого, пожалуй, любой придёт в растерянность.
            – И почему же ты его нарушил, сынок? – Он сверлит меня своими чёрными глазами насквозь. Не очень приятно, но не больно. Вытерплю.
            – Чтобы выполнить волю начальника, товарищ полковник! – Мне этот разговор начинает нравиться.

            С документом в руке он поднимается из-за стола и подходит почти вплотную. Теперь ему надо смотреть на меня приподняв подбородок. Как положено мне, я поедаю полковника глазами.
            – Почему самовольно изменил позицию? Почему не доложил?
            – В настоящем деле мне и моей команде уже не пришлось бы продолжить волю старшего лейтенанта Михайлова, Максимилиан Всеволодович. Мы остались бы на минном поле. Полк оказался бы в очень невыгодной ситуации….
            – Кх-хрек. – То ли от необычного обращения, то ли от моей дерзости, Батя издал странный горловой звук и слегка притопнул блестящей туфлей.

            Он вернулся на своё место, положил руки перед собой и тихо произнёс:
            – Докладывай всё по порядку, сержант!
            Мне ничего не оставалось, как подробно, в деталях, раскрыть положение вещей и суть моего решения. В конце я немного сбился, глядя с каким удовольствием слушает мой доклад полковник, стал помогать себе руками и жестами. Я пытался пояснить, как атаковал меня противник и как его технику вывели из строя мои ребята.
            Выслушав меня до конца, он неожиданно спросил:
            – Чаю хочешь?
            От неожиданности я растерялся и приоткрыл рот.
            Батя подошёл к небольшому столику в углу, на котором под салфеткой стоял небольшой электрочайник. Быстро, но без суеты, вновь превратившись в учителя, стал готовить чай, предупредив меня, что кроме лимона у него больше ничего нет.

           Когда чашки наполнились ароматным чёрным чаем, а от нарезанного лимона со слезой у меня стала выделяться слюна во рту, Батя совсем по-отечески пригласил меня за стол.
            – За приказ придется отработать, за спасение жизни ротного – тоже. А теперь мы поговорим по-мужски.
            Теперь я понял, почему нарушенный приказ обсуждает мой непосредственный начальник. Просто старлею было неудобно наказывать меня, виновного в своём спасении.

            Во время ужина я вспоминал весь разговор и предложения полковника….




Продолжение следует






Оценка произведения:
Разное:
Подать жалобу
Обсуждение
Татьяна Лаин      19:24 13.06.2018 (1)
На ужине

Лучше "за ужином", так будет грамотнее.
Леонид Романов      15:07 14.06.2018 (1)
Какие там тонкости, какой этикет? Это армия, Татьяна!
    - Где Дежурный?
    - На ужине...
    - Где личный состав?
    - На завтраке.
НО!
    Старый Форсайт за ужином поцеловал руку леди Джули, не потрудившись промакнуть губы салфеткой после котлеты по-киевски....

    Ощутимая разница, не правда ли?
Татьяна Лаин      19:31 14.06.2018 (1)
 да уж))))
Леонид Романов      14:14 15.06.2018
1
Ох, какой хороший у вас смех...
Книга автора
Шурик с Яблочной улицы 
 Автор: Наталья Коршунова
Публикация
Издательство «Онтопринт»