Описание книги

Терпеть эти издевательства больше не хотелось, но другого выхода я не видел. Перевернувшись на живот и за-гребая песок всеми конечностями, я с достоинством тюленя стал продвигаться к спасительной воде. При этом голодное брюхо начало напоминать о себе с удвоенной энергией. Рыжий учитель загибался от смеха.
- Спортсмен прополз уже одну девятнадцатую часть пути, - голосом комментатора Дика Тесли, провозгласил он. - Если этот человек не снизит темп, то к финишу он придет с лучшим результатом планеты! Аплодируем вели-кому Нику!
Мне хотелось встать и набить ему лицо, но я предпочел стиснуть зубы и продолжить свой марш-бросок. До моря оставалось не более пяти метров.
- Неужели? - воскликнул Шон. - Да до воды тебе еще ползти и ползти, приятель!
В этот момент шелест прибоя перестал ласкать слух, а все море странным образом отодвинулось на четверть километра. Столько мне было не проползти и за час. Как это могло произойти? Ведь мне казалось... Правильно, мне КАЗАЛОСЬ!!! Этот рыжий оболтус все делает так, что мне с непривычки приходится верить в натуральность происходящего. А на деле - иллюзия! И ноги мои, наверняка, ходят, и море гораздо ближе, чем кажется.
- И снова браво, Ник Джонсон! - Шон был явно доволен ходом и направлением моих соображений. - Я устал объяснять всю иллюзорность бытия и решил дать возможность тебе самому хоть немного поразмыслить. Так каков твой первый вывод, сынок?
- Первый? - Я растерялся, но потом выдал: - Вода не так далеко, как кажется.
В эту же секунду меня накрыла соленая волна невероятно теплого и ласкового моря. Я даже не успел толком испугаться и вспомнить о своем уникальном умении идти ко дну быстрее блина от штанги. Шон плыл рядом и на-блюдал, как мои руки и ноги неистово взбивали воду в пену, рождая миллиарды брызг.
- Здесь невозможно утонуть, - уверенно сказал мой новый инструктор по плаванию, даже не подозревая, что подобную фразу до него произносили человек тридцать. Все они в свое время пытались научить меня не идти ко дну хотя бы первые пять секунд. Одному парню из Майями это даже удалось. Но, видимо, природа-мать решила, что водная стихия мне противопоказана, Минздрав добавил пару указов, ссылаясь на чистоту воды в США, а разлюбезная мамаша купила мне до кучи дырявый круг для плавания, благодаря которому я перестал приближаться к воде, превышающей по площади два метра.
- Здесь невозможно утонуть! - настойчиво повторил Шон, тем самым прервав мои детские воспоминания. - Это море Мира Готи, самого жизненного из Миров. Здесь даже при желании очень тяжело стать покойником, хотя ты, похоже, уже собрался это сделать. Да перестань ты колотить по воде, всего уже забрызгал!
Была ни была! В конце концов перед Редом и Советом Десяти ему за меня отвечать. Если я сейчас отброшу коньки, то...
- То я влеплю тебе оплеуху, перетащу на "Меркурий", снова вызову Олю, и мы начнем все сначала, - закончил за меня Шон. - А теперь, прошу тебя раздумать умирать и перестать бултыхаться, как грэг. Эти уродливые убийцы Шелл тоже до смерти боятся воды. Мне однажды довелось наблюдать картину потопления целой армии этих мон-стров. Дивное зрелище! Так, вижу, ты совсем освоился.
Я действительно перестал прощаться с жизнью и вспенивать воду с упорством загребного винта "Титаника". Более того, мне даже понравилось лежать на воде, не шевеля ни единым пальцем, и при этом не тонуть. Море, как живой ор-ганизм, держало, ласково обволакивая тело, не давая ему погрузиться более допустимого предела. А где этот пре-дел был, одному Реду известно. Вспоминая дни безмятежной жизни в Мире S, я вдруг понял главное отличие этого моря от земного - здесь были одна вода и песок. Никаких водорослей, рыб и прочей живности. Это наблюдение слегка испортило общее впечатление от купания, но в целом я остался доволен. Шон уже был на берегу, и после принятия водных процедур я решил спросить у него про флору и фауну данного уголка Вселенной. Мне, напри-мер, было интересно, почему я, с трудом доползший сюда кусок больной плоти, в данный момент превосходно се-бя чувствую, позволяю себе нырять на довольно приличную глубину, не опасаясь быть погребенным под толщей воды незнакомого мира?
- А потому, мой непонятливый друг, - крикнул мне с берега Шон, - что воды Мира Готи для того и созданы нашим любимым шефом, чтобы приводить в чувства таких, как ты. А теперь представь, что здесь живут рыбы или хотя бы существует тина. Да в таком целебном растворе через пару кулов они бы превратились в гигантов, которым бы очень не хватало пропитания. Не знаю как ты, но я бы в такое море плюнуть побоялся. Иногда здесь появляются птицы, но их, по возможности стараются сразу ликвидировать. Выходи, и не вздумай сказать, что твои ноги так и не обрели былую силу. Запомни, что после силы притяжения этого мира в любом дру-гом ты будешь порхать, как мотылек, а это очень удобно и весело.
Я действительно вышел на своих двоих, с радостью обнаружив, что в теле вновь чувствовалась привычная энергия, которую хотелось немедленно использовать. Неважно как, лишь бы доказать себе и всем, что под одеждой скрыта гора мускулов, энергии и решимости быть первым.
Cтоп! Одежда! У МЕНЯ ЕЕ СНОВА НЕТ!!! Если не позаботиться об этом сию же секунду, то очередной визит какой-нибудь Оли окончательно отобьют желание вылезать из воды или выкапывайся из песка.
- Шон, - решительно сказал я учителю, - мне позарез нужно прикрыть свой срам.
- Разве это срам? - удивился Шон. - По-моему, вполне приличное тело. Вот когда ты был лошадью...
- Шон!!!
- Ну хорошо, хорошо. Будет тебе одежда. Ты лучше скажи, как себя чувствуешь?
- Да вроде ничего. Не холодно, не жарко. Вот только неловко быть все время голым.
- Утомил, - рыжий собеседник шутливо вздохнул и исчез.
Я уже успел привыкнуть к подобным выходкам на-ставника, поэтому решил, что успею еще раз окунуться в море Мира Готи. Мечтам не суждено было сбыться, так как на меня прямо с неба стали сыпаться шмотки всех сортов и конфигураций. Здесь были и панталоны с рюшечками, и кожаные штаны с Дикого Запада, и даже чалма с огромным красным камнем посреди. Вещи падали и па-дали, медленно опускаясь на песок и укладываясь в аккуратные стопки и стопочки. Затем полетела обувь. Именно полетела. Причем, начала она свой торжественный и весьма стремительный спуск сразу с армейских ботинок, один из которых не преминул попасть мне в голову. В целях безопасности я решил прикрыть макушку той самой чалмой, и вовремя, надо заметить. С неба тоннами сыпались кожаные сапоги, деревянные колодки и какие-то архитяжелые тапки из толстой жести времен Ричарда Львиное Сердце. Сквозь общий шум до меня донесся голос Шона:
- Тебе достаточно на первое время, приятель?
Подобной наглости я не ожидал даже от него! Разумеется, мне было достаточно и одной тысячной из всего этого хлама. Многие предметы гардероба я вообще первый раз видел и даже не представлял себе процесс их надевания. Вот взять, к примеру, это подобие лифчика...
- Это надевали всадники поверх штанов! - расхохотался Шон, снова прочитав мои мысли. - У них, знаешь ли, там седлом натирало. А этим защищали руки от колючих кустарников, когда войску приходилось продираться сквозь джунгли.
- До меня дошло, учитель, - просиял я. - Весь этот хлам предназначен для воинов той или иной эпохи, и ты хо-чешь, чтобы я выбрал себе нечто подходящее?
- Спешу напомнить, Ник, но ты тоже в некотором роде воин. К тому же ты уже начал свой выбор.
И эта рыжая бестия указала на чалму, покоящуюся на моем загривке.
- Да я нацепил ее, чтобы не схлопотать сотрясение мозга! - попытался оправдаться я, снимая головной убор и швыряя его в общий гардероб. - Эта шляпа мне совсем не...
Договорить я не успел, так как чалма в прямом смысле выпрыгнула из кучи и вновь воцарилась на мою голо-ву.
- Эй, что за фокусы?! - разозлился я, безуспешно пытаясь содрать головной убор со своей макушки. - Мистер, мне надоели твои выкрутасы!
- А с чего ты взял, что это я? - давясь смехом, спросил Шон. – Скорее, тут твоя вина, малыш. Ты же сам просил предоставить тебе одежду, но видно забыл, что каждая вещь в уважающих себя мирах имеет свой код, за которым скрывается местоположение ее во времени и пространстве. Я потратил море сил при раскодировании всей этой вы-ставки средневековья, чтобы вы, сэр, могли прикрыть свой срам и начать, наконец, заниматься делом. Но тут на твоей великой макушке оказывается этот дивный головной убор, который автоматически получает свой новый код. Отныне задача этой чалмы - не допустить перегрева или переохлаждения твоих мозгов, о, Всемогущий Повели-тель моего сердца! Так чем же ты не доволен, о, свет моих очей, затмевающий солнце?
- Хватит острить! - взорвался я. - Эта панама мне абсолютно не нравится. Сними ее с меня побыстрее… Пожа-луйста.
Последнее слово я произнес таким ледяным тоном, что хватило бы на заморозку окорока бизона ко Дню неза-висимости США.
- А какого грега ты напяливал на свою бестолковку эту штуку? - спросил Шон, все еще широко улыбаясь. - Ес-ли мне, к примеру, не по душе какой-нибудь предмет я даже к нему не приближаюсь. Особенно в чужом мире.
- Я же тебе объяснил, что надел чалму в целях безопасности. Ты стал меня засыпать сапогами, и один из них набил мне шишку.
- Прости, Ник, мне следовало это предвидеть. Но я никак не ожидал, что ты сразу куда-нибудь сунешь свою светлую голову. - Шон, похоже, был искренне озабочен. - И понимаешь, Ник... Как бы тебе это объяснить... В об-щем, я не могу снять с тебя эту штуку.
- То есть как это? - я даже опешил. - Великий маг и чародей Шон Лео не может избавить товарища от глупой шапки, в которую тот залез по милости самого Шона Лео! Картина маслом!
- А ты хочешь и на елку залезть, и на Санта Клауса не свалиться! Я же тебе объяснял про коды, Ник. Чалма те-перь имеет определенные временные и пространственные параметры в этом мире. Код ее может знать только один человек кроме Реда.
- Кто же?
- Ты сам.
- Постой. Ты хочешь сказать, что я знаю способ, как избавиться от этой штуковины, но сам об этом не дога-дываюсь? - У меня даже в горле пересохло.
- Именно, Ник Джонсон! Ты можешь гораздо больше, нежели сам себе можешь представить. Поэтому-то ты и здесь, а не в Дыре Грез или в каком другом гиблом месте. Нам предстоит проделать длинный путь, и скоро подобные мелочи абсолютно перестанут тебя волновать. Ты совершишь такое количество ошибок, что твоей планете хватило бы на пару сотен кулов. Иногда мне самому кажется вся эта затея полной бессмысленностью, но в тебя верит Ред, а это главное. На моей памяти он еще ни разу не промахивался.
- Все это очень интересно, Шон, но мне-то теперь что делать? - спросил я, указывая на свой венец.
- Постарайся выбрать себе удобную одежду, Ник и, желательно, побыстрее. Мы и так здесь задержались. Но учти, как только ты примеришь какую-либо вещь, она станет твоей собственностью, а ты ее. Вас будет трудно раз-лучить, но ты скоро убедишься, насколько это удобно.
- Да, но ведь мне придется стирать их, - попытался нащупать вязкое место я. - Неужели мне придется купаться в одежде?
- Ник, ты не перестаешь удивлять! - Шон устало опустился на песок и посмотрел на меня, как на котенка, упорно не желающего пользоваться туалетом с клубничным наполнителем. - Грязь - это тоже предмет со своим тайным кодом. Она никогда не прилипнет ни к твоим вещам, ни к твоему телу надолго. К тому же, остальные составляю-щие будущего гардероба, которые ты сейчас выберешь, я постараюсь успеть обеспечить своего рода блокирато-ром. Если, конечно, Ваше Высочество позволит мне это сделать.
- Мое Высочество позволяет, - первый великодушный жест халифа был бы достоин "Оскара" за лучшее исполнение. Потом я представил себя со стороны: абсолютно голый мужик с нелепой чалмой на голове, и расхохотался. Шон поддержал.
Мы ржали, как строптивые жеребята, обожравшиеся свежего клевера. Не прекращая смеяться, я подобрал себе изысканный туалет: пара джинсов "Levis" просторная рубаха из плотной ткани, носки и крутейшие кроссовки "Puma" без шнурков. Никогда бы не подумал, что мои мечты начнут исполняться только после смерти.
- Ты доволен, душа моя? - саркастически спросил наставник. - Про кроссовки я вспомнил в самый последний момент. Я бы порекомендовал тебе прихватить еще вот этот жилет. Он из шкуры грега, выдерживает средний удар мечом сиу.
- Меч сиу?
- О, это страшная штука. У нас подобное оружие почти не применяется - нет надобности. А Черные Ангелы без них даже спать не ложатся. Многих наших они положили в Дыру Грез благодаря сиу... - Шон вздохнул, види-мо припомнив старых друзей. - Не приведи Ред тебе почувствовать на себе силу этого меча. Если спасет жилет, счи-тай, что родился в рубашке. Хвала Совету, хоть голова твоя под надежной защитой.
И он снова залился веселым смехом.
- Не думай пока о сиу, Ник! Не забивай себе мозги ненужной информацией. Твоя сила в другом, и скоро ты ее почувствуешь. А сейчас нам пора. Ты уверен, что достаточно укомплектован?
Я кивнул.
- Ну, тогда скажи "прощай" Миру Готи. Многие твои страхи и слабости навсегда останутся здесь, в этом море. Ты еще увидишь его и не раз. Постарайся только не привыкнуть к этому берегу, иначе Оля испепелит тебя на мес-те. Да и меня тоже.

* * *

Я не успел толком рассыпаться в прощальных посланиях, адресованных миру Готи, как Шон вдруг резко схватил меня за руку, и мы побежали. Побежали быстро, но как-то легко, без особого напряжения. Мы просто не-слись по пляжу в никуда, едва касаясь песка ногами. Моя новая рубаха развивалась на ветру подобно парусу, а кроссовки пружинили в такт моих двухметровых шагов. Мы не останавливались ни на секунду и ни на йоту не сбавляли темп. Через десять минут подобный способ передвижения мне наскучил.
- Не хочу показаться занудой, - начал я издалека, - но мы бежим уже достаточно долго. Я, знаете ли, привык иметь хотя бы некоторое представление о своем маршруте, но сейчас явно не тот сличай. Если вас не затруднит, учитель, поведайте мне цель нашего забега, и тогда я буду следовать за вами до края этого мира.
- Увы, мой юный друг, но доходчиво объяснить цель я вряд ли смогу. Дело в том, что госпожа Оля, протащив твое тело через девять степеней очистки, ослабила его настолько, что даже водам Мира Готи удалось лишь час-тично восстановить твои силы. Нам предстоит проделать длинный путь, и я должен быть уверен, что ты не сду-ешься по дороге.
- Мы что, пойдем пешком? - ошалело спросил я. Подобная перспектива мне совсем не нравилась. Любое пе-шее путешествие у меня ассоциировалось со скаутским походом в горы, где я за неделю успел утопить рюкзак с провизией, проколоть ногу, подхватить простуду и дюжину клещей. С тех пор я записался в ярые противники пешеходов и старался передвигаться исключительно на авто.
- Разумеется, мы не всегда будем идти пешком, - успокоил меня Шон, останавливаясь и переводя дух. - Но наш путь будет пролегать через такие миры, где одной силой духа не обойдешься. К примеру, Мир Лактуса. Это земля, давшая жизнь сборищу ублюдков, которых отвергли остальные миры. Им скучно, и любое новое развле-чение они воспринимают с радостью. А что может быть чудесней, чем заколбасить пару Белых Ангелов, из-за ко-торых они и томятся в своей дыре? Только возможность заколбасить пятерых Белых Ангелов! Короче, предстоит недурная стычка, из которой надо умудриться выйти победителями. Побежали!
- А если не получится? - осторожно спросил я, чувствуя, как мои легкие со свистом наполняются горячим воз-духом.
- Тогда старушка Оля будет собирать нас по кускам, купать в море и ублажать одной ей известными способа-ми. После чего мы попробуем еще раз.
- Послушай, Шон, а нельзя нам как-нибудь обойти все эти воинствующие миры и сразу попасть на прием к Cовету Десяти?
- Боюсь тебя огорчить, но мы и так выбрали наиболее приемлемый маршрут, где кровожадных уродов гораздо меньше, чем оно есть на самом деле. Насчет Лактуса и его парней не беспокойся. У нас будет пора сиу, плюс моя сила и твоя скорость. Но в одном месте нам действительно придется очень быстро бежать. В Мире Лактуса живет некая миссис Солли. Ты еще не забыл это имя?
- Та леди, что изобрела вирус имени себя, любимой?
- До этого додумалась не она, а ее внучка. Та еще бестия! Старушка в свои две тысячи кулов от роду обладает недюжинной силой, но уже слабым колдовским умом. А вот Солли-младшая быстро нашла способ заработать пару тысяч клитов, приготовив по просьбе Черных Ангелов подарок всему человечеству. Ее вирус способен уничтожить жизнь целого мира в один миг, но для малышки Солли это всего лишь бизнес, в котором она еще только пробует свою силу. Внучка и бабуля неплохо устроились в Мире Лактуса, и нам ничего не остается, как нанести им визит. Последний мой поход к этим двум ведьмам закончился плачевно. Меня просто бросили в котел и сварили заживо.
- Как это?.. - не понял я. - Заживо?! А зачем? И как ты?..
- Выжил? - Шон широко улыбнулся. - Ты забываешь, приятель, что жизнь вечна. А вот с телом пришлось рас-статься. Зато умница Оля примчалась ко мне на крыльях счастья. Ей почему--то доставляет удовольствие девять раз тащить меня через огонь. Я тогда почти кул отвалялся на курортах Готи. Ред считает, что мне еще повезло. Привал!
Мы упали на песок рядом с водой. Ленивые волны накатывали на мою обувку, приятно охлаждая ноги. С ме-ня градом лил пот, вытекая из-под чалмы солеными реками. Но пить, как ни странно, не хотелось.
- А ты не мог просто обойти дом родственной парочки? - тяжело дыша, спросил я, надеясь, что это все же воз-можно.
- Ник, ты что, правда, считаешь меня тугодумом? - надул губы Шон. - Неужели в таком случае я бы полез в ло-гово одной из самых могучих колдуний современности?! Вся беда в том, что ни бабка, ни ее внучка не живут, как люди, в домах. У них норы. Многокилометровые норы. Помнишь, в детстве ты разрыл жилище крота и удивился, насколько оно бесконечно. Здесь та же история. Ведьмы живут под землей, так как не выносят шума. А Мир Лактуса - это один большой гудящий улей, в котором постоянно льется кровь и звенит оружие. На планете мало рас-тительности, иначе бы Солли вили себе гнезда глубоко в горах.
- Если они такие всемогущие и дерзкие, то почему Ред не приструнит этих женщин и не наведет порядок?
- В свое время шеф так и сделал, - просто ответил Шон. - Мир Лактуса и подземная жизнь в нем - это плата за все злодеяния, совершенные ими. А Солли-младшая теперь до конца своих дней обречена искать противоядие для собственного изобретения.
- Если позволишь еще один вопрос. Ты, правда, надеешься бегом спастись от Солли? - Я бы с легкостью пове-рил в вечность жизни, могущество Реда и кроссовки, падающие с неба, но в подобный способ противостояния кол-довству - увольте! Хотя, скорее, Шон что-то не договаривает.
- Солли не выносят яркого солнца, особенно когда оно в зените. В этот промежуток времени они обычно спят в своей самой глубокой норе. Если повезет, то мы успеем добежать до сектора N 11. Там находится точка перено-са. В любом мире есть сектор N 11, откуда можно покинуть планету по первому желанию. Надо только знать, как это делается.
- А Солли про сектор знают?
- Разумеется. Только воспользовался точкой переноса они не могут - вето шефа. В том же положении и Лактус сотоварищи. Побежали!
И мы снова понеслись по берегу. Усталость давала о себе знать, но мне было неловко просить у Шона более длительной передышки. Не берусь судить точно, но, кажется, я пробежал километров двадцать в ритме стометров-ки. Никогда раньше за собой ничего подобного не замечал.
- Все, мы на месте! - неожиданно объявил Шон и встал, как вкопанный.
Я огляделся. Те же море, песок, небо. Никакой растительности или дорожного указателя на что-либо. Чем это место лучше предыдущего? Или последующего?
- Мы в секторе N 11, Ник, - пояснил наставник. - Именно этим данное место лучше всех остальных.
- Скажи, Шон, ты всегда читаешь мои мысли? - спросил я как можно резче.
- Знал бы ты, как твои мысли оглушительно звучат в моем мозгу, - усмехнулся Белый Ангел - Даже чалма их не заглушает. Со временем ты научишься прятать свой разум, а пока, извини, я в курсе всего, что творится в твоей голове. Ты еще даже подумать не успел о вопросе, а я уже знаю ответ. Ты предсказуем, Ник Джонсон!
- Наверное, к этому надо привыкнуть, - вздохнул я и снова огляделся. - Как ты определил, что это сектор N 11?
- Я почувствовал. Разве ты не ощущаешь чувство невероятной легкости, стоя здесь?
Я постарался прислушаться к собственным ощущениям. Где-то в глубине колотилось сердце, что-то слегка ко-лоло в боку, солнце резало глаза... Никакой легкости нет и в помине. Похоже, я был еще не готов ощутить силу влияния сектора N 11, о чем поспешил признаться своему рыжему учителю.
- Это тоже придет со временем, Ник, - сказал Шон, дружественно хлопая меня по плечу. - Сюда движется "Меркурий", который перенесет нас на Звезду Надежд. Оттуда мы и начнем наше восхождение. Предупреждая твои вопросы, скажу лишь одно: Звезда Надежд - место гиблое и практически необитаемое. Это миллион ущелий и миллиард водопадов. Красиво, но мертво. Ни тебе достойной флоры, ни приличной фауны. Сектор N 11 Звезды Надежд находится глубоко под водой. Хвала Реду плавать ты научился!
Я слушал Шона, а сам всматривался в голубое небо, пытаясь угадать, с какой стороны появится "Меркурий". Мне было прелюбопытно взглянуть своими глазами на настоящий космический корабль. Но, увы, моим желаниям сбыться не довелось. Яркая вспышка, и это последнее, что я запомнил, прежде чем ненадолго потерять сознание.
Очнулся я в уже знакомой комнате с тахтой и мутным зеркалом. В нем отражался какой-то восточный падишах в белоснежной чалме, висящей на ушах, и измученным лицом, будто только что осчастливил весь гарем одно-временно. Мне не доставило бурной радости созерцание своего облика, но расстроиться толком я не успел.
- Нам пора! - крикнул Шон и исчез.
"Опять за старое! - подумал я с обидой - И как ему это только удается? Нет, ну это же надо совсем совесть по-терять, чтобы вот так легко бросать товарища в беде! Исчез, и нет проблем. А тут стоишь в чалме, как идиот, и ло-маешь голову, что делать дальше!"
- Хватит причитать! - голос Шона оборвал мои светлые мысли. - Держи руку!
В этот миг в комнате действительно между потолком и полом появилась рука, призывно поманила меня паль-цем, схватила за запястье и с силой дернула. Шоу с отрубленными конечностями, часть вторая! Я уже было хотел попросить в антракте программку, но не успел, так как рухнул всей своей массой на серые камни Звезды Надежд, подмяв под себя Шона.
- Ну ты и толстяк! - пытаясь вылезти из-под меня, заворчал он. - А ну слезай немедленно!
Я, захлебываясь хохотом, пытался принести свои извинения, но получалось это как-то размыто и малопонят-но.
- Вперед! - скомандовал Шон после того, как я принял решение освободить его от своей туши. - У нас в запасе ночь. Если не доберемся до точки переноса, то зажаримся на этих плитах или сваримся в водопаде. В полдень тем-пература этой планеты подскакивает до трехсот градусов! Приятного мало, хотя и ночью здесь тоже не курорт. Холод лютый! Но с этим как-нибудь справимся. Побежали!
- Прости, что пытаюсь быть навязчивым и капризным, Шон, - осадил я этого спринтера, - но я только что пре-одолел несколько десятков километров в темпе раненого сайгака, после чего одну минуту побыл на "Меркурии" и, наконец, рухнул на твое костлявое тело. Насыщенность событиями и так превысила мой допустимый лимит в два раза, а ты еще хочешь, чтобы я в таком состоянии куда-то бежал. Будь добр, выделить мне полчаса на восстанов-ление сил.
- Я бы с радостью, Ник, - вздохнул Шон, - но ночь уже началась. Здесь всегда светло, в любое время суток. Температура на Звезде Надежд не опускается плавно. Через пять минут на этой плите можно будет устраивать хоккейный турнир дворовых команд, а через час - вооружаться мечом сиу и вырубать себя из толщи льда. Ты все еще думаешь, что я шучу?
- Нет, я тебе очень даже верю, но... Ты сказал через пять минут?! Тогда действительно бежим!
Мне показалось, что я на время превратился в архара. Мои ноги находили выступы, руки цеплялись за ма-лейшие щели в каменных глыбах, глаза быстро отыскивали наиболее безопасный путь. С бешеной скоростью и свистом в ушах мы преодолели две расщелины, перемахнули через жуткую трещину и окунулись в ледяную воду первого водопада. Говорить было некогда, но я успел в мыслях нелестно отозваться о могуществе Белых Ангелов, которые, имея в распоряжении особую силу, не могут создать автомобиль или летательный аппарат. Тут же, вспомнив о "Меркурии", я осекся и постарался перестать думать о подобных вещах. Но Шон уже перехватил мою волну.
- Ни один аппарат, старина Ник, никогда не сравнится в скорости и выносливости с человеком, - тоном завкафедрой естествознания объяснил Шон. - Через полкула ты научишься бегать так быстро, что ветер не сможет за тобой угнаться. Ни один сподвижник Шелли не переплюнет тебя в скорости, ни один сиу не отрубит твою голову, так как ее еще надо будет догнать. В тебе заложены большие возможности, парень. Обязуюсь взять еще полставки и поработать твоим тренером по бегу. Хотя, согласись, уже сейчас ты несешься гораздо быстрее, чем сам ожидал.
Шон говорил со мной вслух, но, как когда-то на борту "Меркурия", слова доходили до моего сознания через макушку. Это было все еще непривычно, но, видимо, Белые Ангелы предпочитали общаться исключительно так.
Тем временем заметно холодало. Спустя еще десять минут безумного бега, я вдруг почувствовал, что больше не могу дышать. Ледяной воздух отказывался вступать в переговоры с моими органами дыхания, и компромисс никак не находился. Мы нырнули еще в один водопад, проломив уже довольно приличный по толщине лед. Круги пе-ред глазами сигнализировали только одно: вам кранты, мистер Джонсон! Последнее, что я успел сделать - мыслен-но позвать на помощь Шона. После чего провалился в черную вязкую смолу и растворился в ней без остатка...

Кажется, кто-то тряс меня за плечо. А может, это волны Мира Готи ласкают тело? Или матушка приготовила завтрак и принесла его прямо в спальню? Она умела готовить обалденные пончики!..
- Живой, хвала Реду! - прервал мои ностальгические воспоминания до боли знакомый голос. - Эй, Ник, ты нас всех к хреновым грегам напугал, засранец! Я, конечно, рассчитывала увидеть тебя снова, но постоянно созерцать твою уродливую физиономию у меня нет никакого настроения.
Конечно, это была Оля. Я открыл один глаз и увидел ее на фоне моря Мира Готи. Женщина улыбалась, но вид у нее был довольно усталый. Рядом со мной лежал Шон и не подавал признаков жизни. Перехватив мой взгляд, Оля фыркнула:
- Да живой твой педагог, не волнуйся! Разгильдяй потащил тебя на эту вонючую Звезду Надежд, да еще на закате. Спасибо скажете Реду, это он вас вытащил. Шон Лео, профессионал от ресниц до копчика, нырнул не в тот водопад, и поэтому до сектора N 11 вы так и не добрались. Когда шеф вас извлек, зрелище было то еще: две глыбы льда, а в них эти противные рожи!
Я слушал Олю, блаженно закрыв глаза. Тело было расслаблено, мысли вяло перекатывались в сфере черепной коробки. Эта женщина за короткий промежуток времени уже второй раз спасла меня и Шона. Сознает ли она всю значимость своей работы? Или же трудится только по приказу?
- Мне может приказать только Ред, малыш! - резанула Оля, но как-то без злобы. - Выплавлять, ваш задницы изо льда - занятие для бестолковых грегов Шелли, которые не в силах даже вскрыть код собственных чепчиков!
Кажется, я покраснел. Подняв руку, я притронулся к голове. Так и есть! Чалма, чтоб ей пропасть, осталась на месте и никуда не делась! Тем самым я автоматически приравнивался к бестолковым слугам Шелли. Осознание собственной беспомощности не добавило хорошего настроения, и я уже почти собрался загрустить более основательно, как рядом заворочался Шон.
- Ну вот, все живые в сборе, - довольно сказала Оля - Мне здесь делать нечего. Постарайся, малыш, не встре-чаться со мной с такой завидной периодичностью. Привет!
И она исчезла, не оставив даже облачка. Я подумал, что толком даже не поблагодарил эту удивительную женщину за ее нелегкий труд.
- Еще успеешь, - прохрипел Шон, поднимаясь на ноги - Ред мне это припомнит, вот увидишь.
- И правильно сделает. Ты прыгнул не в тот водопад, да еще потащил за собой своего воспитанника и будуще-го спасителя человечества в одном лице. Я выступлю против тебя в суде, припомнив и чалму, и бег по пересечен-ной местности, и даже рыхлый пол "Меркурия". Тебя сошлют в Мир Лактуса, где милые Солли наверняка давно скучают по супчику из Шона Лео.
- Ник, какой же ты злой!
Шон потянулся и на дрожащих ногах пошел к воде. Я, вспомнив свое предыдущее ползание по этим пескам, собрал волю в кулак и тоже встал на ноги. Они вибрировали, как веревочные, но тело худо-бедно держали. В па-мяти еще осталось непристойное поведение чалмы, поэтому снять одежду я даже не попытался. Короткий марш-бросок - и мое несчастное тело в воде жизни!
Удивительно, насколько быстро восстанавливается организм, благодаря морю Мира Готи! Тому, кто это придумал, надо поставить золотые памятники во всех мирах.
- Как я уже говорил, это заслуга Реда, и он не любит, когда из него начинают делать идола. Шеф слишком скромен, чтобы трубить о своей силе во всех уголках Вселенной. А сделал он, поверь, немало!
- Если Ред такой могучий, то зачем ему нужен Совет Десяти? - спросил я, надеясь, что меня не испепелят на месте за слишком длинный язык.
- Любому руководителю нужны помощники, - просто ответил Шон. – И если твои сподвижники обладают вдо-бавок огромной силой и знаниями, то вы превращаетесь в суперкоманду, которой по плечу любые трудности. А их в последнее время прибавилось.
- Понятно, - соврал я.
Тем временем теплые воды Мира Готи помогли нашим дряблым телам обрести прежние крепость и здоровую свежесть. Выходить на берег не хотелось, но Шон, накупавшийся раньше, был непоколебим.
- Давай, Ник, не засиживайся! - крикнул он с берега, призывно махая рукой. - Если слишком долго сидеть в море Готи, то можно получить избыток энергии, которой в последствии будет трудно управлять. Как ты умеешь выживать в чужих мирах, я уже видел, а тут с удвоенной силой начнешь крушить скалы, как халву.
Я уже собрался возмутиться и ответить грубостью на подобные инсинуации, но почему-то сдержался. Кто я такой, чтобы сомневаться в словах учителя? Если он говорит "хватит купаться", значит, действительно пора на просушку. К тому же колдовства во всех этих новых мирах хватает, и на мне оно отражается как-то особенно странно. Взять тот же болотистый пол "Меркурия"... Короче, на берег, Ник Джонсон, на берег!
- Ты будешь смеяться, - виновато улыбнулся Шон, когда я русалкой выскочил к нему на влажный песок, - но Звезда Надежд все еще ждет нас. Если мы не отметимся в ее секторе N 11, то тебя просто не пустят в остальные ми-ры. Таковы правила, малыш. Мир Альфа всеми средствами создает безопасность для себя и своих жителей Чер-ные Ангелы невероятно хитры. Они многое бы отдали, чтобы добрался до Совета Десяти и лично до Реда. Таких попыток было предпринято огромное количество, но все они терпели фиаско. Мы должны пройти пять миров, прежде чем предстанем перед шефом и старейшинами моего народа. Буду откровенен: Звезда Надежд - самое про-стое испытание.
Не знаю откуда, но я чувствовал, что этим все закончится. Шон не старался напугать или настроить меня на серьезный лад. Он просто излагал правила существования своего мира, объясняя все "можно" и "нельзя". Так обычно ведет себя оператор игровых автоматов, давая напутствие новичку, сунувшему только что в щель фальши-вый доллар. И мне ничего не остается, как следовать всем этим правилам и не пытаться их изменить. Если все, кто предстает перед Советом Десяти, прежде должны пройти столько степеней защиты, то почему я должен быть исклю-чением?
- Мне нравится ход твоих мыслей, Ник Джонсон! - воскликнул Шон, широко улыбаясь. - Ты прав, это чужая игра, правила которой изменить не получится, даже если очень захочешь это сделать. Но ты лично в этой игре не аутсайдер, что само по себе должно приносить удовлетворение. Ты готов поплавать в ледяных водопадах и по-прыгать по смертоносным ущельям Звезды Надежд?
- Нет, я хочу домой, к маме, которая наверняка уже приготовила на ужин жареного цыпленка по-ирландски!
- Прекрасно! Тогда не будем мешкать.
И мы, одновременно вскочив на ноги, с легкостью молодых оленей понеслись вдоль берега в направлении сек-тора N 11 Мира Готи. Если ничего не изменилось в планах Шона, то "Меркурий" должен забрать нас и перенести в мир, где я умудрился нырнуть не в тот водопад и умереть во второй раз.
Ничего не изменилось. Вспышка, знакомая комната, три минуты пребывания в ней, скалы... Только на этот раз я рухнул прямо на каменную плиту, так как Шон галантно отказался предоставить свое тело для плавного призем-ления или, точнее, призвездения.
- Мог бы хоть перину постелить, господин волшебник, - проворчал я, потирая ушибленную ногу. - Если мы не захлебнемся НЕ В ТОМ водопаде, то, наверняка, свернем себе шею, вываливаясь из "Меркурия".
- Ник, ты уже сам наполовину маг и чародей, - убедительно заметил Шон, весело подмигивая правым глазом. - Почему бы тебе в следующий раз не представить под собой поролоновый мат или на худой конец копну соломы? Только ради Реда, не думай о батуте, иначе я буду ловить тебя по всей Звезде до утра!
Я кровно пообещал не делать таких глупостей, и на месте падения всегда представлять Шона Лео, так как мягче и уютнее для посадки на жесткие поверхности ничего пока не придумали. Мы посмеялись и рванули с низкого старта.
Судя по всему, Шон притащил меня на Звезду Надежд ближе к утру, как и советовала Оля. Было еще довольно холодно, все кругом покрывал слой льда, дыхание мгновенно превращалось в снег и оседало на камни. Меня терзала глупая мысль: как мы найдем в замерзшем водопаде сектор N 11? Или бу-дем ждать оттепели?
- Нам не придется ее ждать, старина Ник, - заметил Шон, перепрыгивая пятиметровую расщелину с грациозностью пантеры. - Весна уже пришла. Смотри!
Согласен, увидеть такое можно разве что в фантастических сериалах, либо в научно-популярных фильмах ВВС, где смена времен года происходит в ускоренном режиме. Ледяная корка, покрывающая все и вся, исчезала на глазах. Звезда Надежд теплела с удивительной скоростью. Я и Шон летели, как на крыльях, но резкое потепление давало о себе знать. Усталость пока не чувствовалась, но в моих кроссовках уже хлюпало, а из-под чалмы текло, как из лейки. Учитель выглядел не лучше, но темпа не сбавлял. Мы по-детски скатились с замерзшего, но уже влажного водопада и побежали по льду. Вернее, попытались побежать. Лед настолько стремительно таял, что че-рез несколько секунд мы уже шли по колено в ледяной воде, а еще через минуту плыли со скоростью дельфинов-белобочек, отдуваясь и фыркая.
- Нам сюда! - вскоре крикнул Шон, и мы резко свернули на какую-то малоприметную тропу.
Становилось жарче. Моя обувь начинала заметно прилипать плавящейся подошвой к раскаленным камням, что сильно замед-ляло общую скорость. Я уже даже подумывал снять кроссовки, но Шон так на меня посмотрел, что идея испари-лась быстрее воды очередного водопада.
Наконец, Шон схватил меня за руку и потянул к краю пропасти, глубина которой явно превышала мои скромные представления о реальности. Далеко внизу тонкой лентой вилась очередная местная река. Я не очень люблю высоту, в чем поспешил признаться Шону. А еще я слегка сомневался в правильности выбора учителя, о чем тоже не стал молчать.
- На этот раз мы на правильном пути! - торжественно сказал Шон и, указав рукой вниз, добавил: - Давай!
И я дал! Вспомнив, в первую очередь, Олю, а потом только маму я с криком непристойного содержания сиганул вниз. Если бы еще минуту посомневался, то не прыгнул бы никогда. Уже в полете я задумался о наличии глу-бины в данном водоеме и похолодел. А вдруг там воды по щиколотку?
- Там глубина больше километра, - упокоил меня Шон, который успел догнать меня в полете и, похоже, не-плохо себя чувствовал. Его оптимизм частично передался мне, но страх по-прежнему не давал расслабиться.
Миллиарды брызг и громоподобный хлопок ознаменовали финал нашего полета. Я погрузился в очень теп-лую воду метров на пятьдесят и сразу почувствовал крепкую хватку Шона. Он тащил меня за шиворот по направ-лению к берегу, загребая одной рукой и пуская пузыри. Я, пытаясь не нахлебаться воды, помогал ему как мог. На-конец, мы наткнулись на каменный выступ, и… все кончилось. Да, именно кончилось, так как через секунду мы уже находились на борту "Меркурия", мокрые с головы до ног и смертельно уставшие. Учитель улыбался, явно до-вольный исходом первого испытания
- Ты неплохо бегаешь, Ник! - похвалил он меня - Когда-нибудь уже я буду брать у тебя уроки скорости, ма-лыш. Одно замечание: никогда не со