Гражданинъ

Гражданинъ

Владелец:
Авторы: 3
Читатели: 171
Дата создания: 17:24 24.10.2020


Из обращения к читателям шеф-редактора литературного альманаха «Гражданинъ» (№1).
Часть 1-ая.

Приветствую
наших первых читателей!
Передо мной стоит главный вопрос: кому предназначено это литературное общероссийское электронное некоммерческое издание?
Ответ один, и другого быть не может.

Наш литературный альманах, в первую очередь, направлен к читателям, для которых русский язык является родным, а понятие ГРАЖДАНИН было, есть и будет важнейшим качеством человека, неразрывно связанного любовью к нашей стране – к большой и непобедимой Родине, вобравшей в себя все эпохи и всю историю нашего государства: и грандиозную Российскую Империю, и бесконечно великий Советский Союз, и современную Россию с её нелегкой судьбой.
Мы несем наш альманах тем читателям, для которых русские культура, искусство и литература всегда будут необходимыми условиями для жизни точно так же, как воздух и вода, как хлеб насущный, как явление Бога в душе русского человека…
Подавляющее большинство литературных изданий фактически предназначено не читателям, а пишущим людям, играя на их самолюбии, на возможности публикаций, на желании приобщиться к литературной элите.

Единственная цель – показать автора и его произведение. Опубликовали и забыли. Автор доволен. Но что дальше? Конвейер публикаций и ничего больше.
Наша цель в другом – произведение автора должны прочитать! И не просто прочитать, а задуматься над ним. Для нас важно, чтобы читатель старался постичь произведение автора, а заодно попытался бы разобраться в тонкостях литературного искусства.
Для этого в концепцию нашего альманаха включен принцип обязательной литературной критики после опубликованных произведений в прозе, поэзии и драматургии.

Теперь читатель может не только прочитать современного поэта и писателя, но и услышать мнение о нем литературного критика или профессионального литератора сразу, здесь и сейчас. И еще лучше не одно мнение, а несколько. Мы искали аналог такого метода в истории литературных публикаций, но найти нечто похожее так и не смогли.

Мы принципиально не приемлем массовые литературные интернет-ресурсы. Почему? Потому что это всего лишь площадки для знакомств и общения.
Потому что все массовые литературные сайты создают лишь иллюзию серьезного литературного сообщества, а по факту являются ярмарками тщеславия, хозяева которых тайно или явно, играя на честолюбии и амбициозности пишущих людей, различными способами залезают в карманы своих пользователей. Чем больше массовость и чем выше трафик таких сайтов, тем значительнее прибыль их владельцев. Ничуть не стесняясь, хозяева массовых литературных интернет-ресурсов своим главным успехом считают именно монетизацию сайта, а не какие-то иные гуманитарные критерии. Эти ультрановые мелкобуржуазные лавочники-либеральчики фундаментальной основой своих владений считают не уникальное творчество профессиональных поэтов и писателей, а именно ничем не ограниченное количество словесного мусора от дилетантов и графоманов, падких на лесть и похвалу от точно таких же, как они сами.
Публиковаться на массовых литературных сайтах очень легко, но это всё равно, что утонуть в болоте среди сотен тысяч других – никому не известных авторов. Планка литературной значимости на таких литературных интернет-ресурсах находится на критично низком уровне.
Идти со своим творчеством нужно не туда, где создаётся высокая массовость, а туда, где вашим публикациям гарантирована высокая престижность.
Наша задача-минимум: сделать альманах интересным для читателей.
Наша задача-максимум: сделать альманах полезным для российского общества.


Из обращения к читателям шеф-редактора литературного альманаха «Гражданинъ» (№1).
Часть 2-ая.
Сегодня расплодились литературные сайты и электронные журналы, имеющие либерально-западную ориентацию. Их руководство принадлежит к пен-центрам и пен-клубам, существующим на зарубежные гранты и занимающимся политической деятельностью, которая, естественно, направлена против нашей страны – Российской Федерации. Вот как многие из них говорят о себе: мы – «последний островок свободы», мы – «независимый культурный проект с идеями свободы, равенства и единства», «мы – международный проект, доказывающий, что литература – территория без границ».
Обратите внимание, что в этих красивых, но очень хитрых лозунгах нет ни одного слова о русском языке, о русском народе, о России. Для этих писателей таких понятий не существует априори. Однако они активно работают с молодежью, заманивая её в свои интернет-сети возможностью публикаций, одобрительной литературной критикой, различного рода наградами и премиями (понятно, что не за свой счёт, а на деньги западных спонсоров). Характерная особенность – язык общения на таких интернет-ресурсах полурусский, обильно унавоженный англицизмами и американизмами. Если говорить прямо, то эти литературные сообщества суть либеральное сектантство.

Команда создателей литературного альманаха «Гражданинъ» принципиально стоит на консервативно-патриотической почве, считая для себя судьбоносными любовь к русскому языку, любовь к русскому народу, любовь к России – к своей большой и единственной Родине.
Двери нашего издания открыты для профессиональных писателей и поэтов, публицистов и критиков как из России, так и других стран. Главное – это принадлежность к русскому миру.

Ключевая позиция в альманахе – объективная литературная критика, которая с каждым номером будет расширяться по именам и углубляться по качеству материалов, а также по методу их подачи.
Здесь обязательно будет идти яркая публицистика: историческая, политическая, литературная.
Наш альманах имеет уникальную систему распространения и не привязан к какому-то определенному месту или сайту. И в этом заключено его очевидное преимущество перед любыми веб-ресурсами, имеющими привязку к серверам.
Мы хотим донести до нашего читателя очень простые понятия, связанные с настоящей профессиональной литературой:
1) литература не может существовать вне идеологии;
2) литература не может существовать вне морали;
3) литература не может существовать вне цензуры.

1. Литературный автор – это всегда носитель какой-либо идеологии. Он может писать о чём угодно, сочинять любые произведения на любые темы, но…
Но этот автор всегда имеет определенное личное мировоззрение (мироощущение, миропонимание), что, в конечном счете, выливается в принадлежность к какой-либо идеологии.
К примеру, автор с патриотической идеологией никогда не напишет «гадости и мерзости» о своей Родине. А вот автор с идеологией либерала-космополита без колебаний обгадит Россию и без всяких сомнений найдет рай на Западе.
Кстати, фраза писателя или поэта – «я вне идеологии» – сама по себе уже является вполне определенной идеологией этого литератора.
Даже в темах, которые, казалось бы, никак не связаны с идеологией (природа, любовь, дети), отражается идеология автора. В чем? В отношении автора к природе, любви, детям.

2. Литератор, который позиционирует себя вне морали, занимается пустым делом, ибо литература вне морали является безнравственной литературой, а значит – ущербной и порочной.
Некоторые литераторы в 90-е годы добились успеха и признания среди либеральной общественности с помощью аморальности в своих произведениях. Однако к настоящей профессиональной литературе эти авторы так и не были причислены, кроме своего извращенного круга, ибо их литература была изначально безнравственной, ущербной и порочной.

3. Писатель или поэт, который отвергает цензуру, демонстрирует себя на публике в качестве, мягко говоря, весьма недалекого человека. Настоящая профессиональная литература (помимо авторской самоцензуры) обязательно должна проходить через государственную цензуру. Почему?
Потому что Государство, в котором живут люди, должно иметь идеологию, иначе у людей отнимаются высокие цели и смыслы.
Государственная идеология, в свою очередь, определяет для людей принципы морали, иначе безнравственность и вседозволенность заполнит общество вплоть до его полного разложения и одичания.
И, наконец, идеологию и мораль в государстве невозможно утверждать и сохранять без цензуры.

Кстати, на Западе существует жесточайшая цензура – мышь не проскочит с инородным мнением. Почему же мы отказались от цензуры?
Коллектив, издающий наш альманах, очень разный по возрасту, по месту проживания, по судьбе, но высокопрофессиональный в литературной сфере. Объединяет нас одно – любовь к Родине и желание внести посильный вклад в её процветание. Культура и, в частности, литература – важнейший компонент нашей жизни. Она формирует мировоззрение человека, помогает душе найти правильный путь.
Надеемся и верим, что наш творческий вклад поможет вам, дорогие читатели, в эти непростые времена.

Леонид Кутырёв-Трапезников
Вкладки:
Авторы
Обсуждение
     17:27 24.10.2020 (1)
Читайте интернет-альманах "Гражданинъ", В НЁМ НАСТОЯЩАЯ ПОЭЗИЯ! Первый номер увидел свет 24 июня, в октябре появится второй номер. Поэзия, проза, публицистика, литературная критика и многое другое. Издание не коммерческое. делается на общественных началах.
Отзыв от Н.Ф.Иванова — председателя правления Союза писателей России:
Смело по-дизайнерски и замыслу. Глубоко по содержанию. Современно о глубинном. Могу только порадоваться за вас.
Альманах можно прочесть по ссылке -
https://www.calameo.com/read/00505397173f5212480fb
или скачать в формате pdf
https://vk.com/topic-196126666_40460451
Также заказать литературный альманах "Гражданинъ" №1 можно,
отправив запрос на почту april461@mail.ru
Читалка-листалка литературного альманаха «Гражданинъ» №1
https://www.calameo.com/read/00505397173f5212480fb
     17:36 24.10.2020 (1)
Первая тема альманаха связана с портретом Ф.М.Достоевского на лицевой обложке.
     17:40 24.10.2020 (1)
Цитирую один из многочисленных отзывов о первом номере альманаха, который пришёл в редколлегию:
Анна Д.
Посмотрела Альманах.
Первое, что должна сказать, альманах на много порядков лучше, крупнее, значительнее, чем сайт, который Вы покинули. Это настоящая серьезная, огромная и важная работа. Обращение к читателю высокоталантливо по содержанию, исключительно позитивно по эмоциональной наполненности и по духовной направленности. Альманах зовёт к добру, к созиданию, к возвышению, а не к разрушению. А это в наше время такая редкость!
Сразу понимаешь: этот Альманах в очень хороших руках. Он в руках одарённейших людей. И хочется с ними познакомиться.
Во-вторых, он очень богат, охватывает целую палитру разнонаправленных и разнокалиберных сфер жизни общества. Даже просто собрать все это – уже огромный труд. В каждом «отсеке» материал подобран грамотно, со знанием дела. Профессионально. Это, извините, не «сборная солянка» в манере «самиздата».
В Альманахе ещё чувствуется и стиль. Особый, неповторимый стиль, даже если он и не сразу поддаётся определению. Но он, безусловно, присутствует. Этот стиль не допускает пошлости, вульгарности, примитивизма. Авторы отобраны соответствующие. Этот стиль аристократичен. Он не опускается ни до безудержного восхваления, ни до беспардонного бичевания. Он с достоинством знатока находится в рамках благородной сдержанности в оценках и прогнозах. И этим лично мне он так импонирует...
Альманах знакомит с теми явлениями, которые действительно присутствуют в нашей нынешней жизни в искусстве. И это очень ценно. Ведь представленные явления необходимо, прежде всего, распознать. А это далеко не каждому не только по силам, но и вообще – дано. А в Альманахе – это чудесная реальность.
     17:43 24.10.2020 (1)
На следующей неделе  "выйдет в люди" второй номер нашего интернет-альманаха. Желающим я могу его переслать, если мне оставят заявку. написав на адрес  april461@mail.ru
     18:46 02.11.2020 (1)
28 октября  в интернете опубликован наш второй номер. Который уже получил высокие  оценки и массу положительных отзывов.
Скачать литературный альманах «Гражданинъ» №2
https://vk.com/doc227028470_572817407

Читать литературный альманах «Гражданинъ» №2
https://ru.calameo.com/read/005053971dff7fc861a4a




     10:40 18.11.2020 (2)
1
«Потомок различит в архивном хламе…»


В годы юности прочёл я, пожалуй, самое известное ныне стихотворение Николая Майорова «Мы». Где прочёл - уже не помню, но точно не в интернете: не было его тогда. Впрочем, возможно, даже не само стихотворение полностью прочёл, а вот эту знаменитую строфу:

… Мы были высоки, русоволосы
Вы в книгах прочитаете, как миф,
О людях, что ушли, не долюбив,
Не докурив последней папиросы…

В то время, в начале 1960-х, начиналась посмертная слава поэтов, погибших на фронтах Великой Отечественной – Павла Когана, Михаила Кульчицкого, Николая Майорова, по-новому зазвучали стихи поэтов, вернувшихся с войны – Луконина, Слуцкого, Самойлова, Гудзенко, Друниной, Наровчатова. Всплеск читательского интереса к их творчеству, возможно, был связан с близившимся 20-летием Победы.
Позже я прочёл майоровские «Памятник», «Тебе» - они тоже сразу легли на душу. Стал интересоваться – что это за поэт? Оказалось, что фронтовик, что, политрук пулемётной роты, он погиб в 1942 году, 8 февраля. В день гибельной дуэли Пушкина...  В неполных 23 года.
А стихотворение «Мы» с пророческой строфой было опубликовано Николаем в многотиражке Московского университета в сороковом году.
После окончания школы Майоров поступил на истфак МГУ. Параллельно с учебой стал посещать поэтический семинар Павла Антакольского в литинституте им. А.М. Горького. Он учился на втором курсе истфака, когда понял, что его призвание - поэзия. Из автобиографии, написанной 4 сентября 1938 года при поступлении в Литературный институт: "Подаю заявление о принятии в Ваш институт, ибо хочу одновременно с историческим образованием получить литературное. Все более и более убеждаюсь, что хороший историк должен быть и литератором... Вот уже несколько лет я пишу стихи..."
Лев Аннинский в своей большой статье, посвящённой Майорову, рассказывает:
«В Москве Майоров поступает в университет. Стромынка, Огаревка, Горьковка — места легендарные: общежития, библиотека. Но скоро находит дорожку к ифлийским и литинститутским сверстникам, так что на поэтических сходках, где тон определяют Слуцкий и Коган, Кульчицкий и Луконин, Наровчатов и Кауфман (впрочем, уже Самойлов), «из публики» все чаще кричат: - Пусть почитает Майоров с истфака!
И он читает, забирая зал:       
       
        Так в нас запали прошлого приметы.
        А как любили мы — спросите жен!
        Пройдут века, и вам солгут портреты,
        Где нашей жизни ход изображен...

Поразительна перекличка — с Коганом, с другими сверстниками: они не верят, что их поколение потомки запомнят в достоверности! Словно чувствуют, что их поколение — уникально! В то, какими они были на самом деле, просто не поверят: пригладят, припудрят. Надо прорваться сквозь будущие мифы! И Майоров прорывается…»
А вот как вспоминает предвоенный период жизни поэт Сергей Наровчатов:
«…Николай Майоров остался «высоким». Ведь они и впрямь были высоки, друзья нашей юности, сложившие свои упрямые мальчишеские головы на полях большой войны. Высоки своими помыслами и стремлениями, поступками и подвигами. И эта духовная высота преобразовалась нашей памятью в физическую.
…И вот на средину комнаты вышел угловатый паренек, обвел нас деловито-сумрачным взглядом и, как гвоздями, вколотил в тишину три слова: «Что — значит — любить». А затем на нас обрушился такой безостановочный императив — и грамматический и душевный,— что мы, вполне привыкшие и к своим собственным императивам, чуть не растерялись.

Идти сквозь вьюгу напролом
Ползти ползком.
                    Бежать вслепую.
Идти и падать. Бить челом.
И все ж любить ее - такую!

«Такую» — он как-то резко и в то же время торжественно подчеркнул.

Забыть про дом и сон, про то, что
Твоим обидам нет числа,
Что мимо утренняя почта
Чужое счастье пронесла.

«А ведь хорошо!» — уронил сдержанный на похвалу Яшин. Майоров глазом не моргнул на первую реплику, пробивавшую атмосферу настороженности. Стихи неслись дальше:

Забыть последние потери.
Вокзальный свет, Её «прости»,
И кое-как до старой двери.
Почти не помня, добрести,
Войти, как новых драм зачатье.
Нащупать стены, холод плит...
Швырнуть пальто на выключатель,
Забыв, где вешалка висит.

Две эти последние строки меня покорили, и я ударил кулаком по столу. Майоров только покосился в мою сторону и продолжал обрушивать новые строки. И когда, наконец, дойдя до кульминации страсти, вдруг на спокойном выдохе прочитал концовку:

Вдруг вспомнить жизнь. В лицо узнать её.
Прийти к тебе и, не сказав ни слова,
Уйти, забыть и возвратиться снова.
Моя любовь — могущество мое! —

Мы облегченно и обрадованно зашумели, признав сразу и безоговорочно в новом нашем товарище настоящего поэта...»

Вдумчивый интерес к истории, к вечным темам, точность и предметность запечатлённого, страстность лирики, активная гражданская позиция – всё говорило о том, что Майоров мог вырасти в незаурядного летописца эпохи, очень большого самобытного поэта. Он рано осознал себя певцом своего поколения патриотов и энтузиастов.
А стихи он начал писать ещё в школе.
Учительница истории и литературы Вера Михайловна Медведева руководила в ней драматическим кружком и литобъединением. Она первой подметила одаренность Николая. Много позже, в тех же 60-ых, она вспоминала:
«Помню его с пятого класса. Светловолосый, голубоглазый, немного неуклюжий мальчик привлекал своим открытым видом и любознательностью. Другой характерной его чертой была скромность, даже, пожалуй, застенчивость. Учился Коля хорошо. Интересовался одинаково всеми предметами: был силен в математических дисциплинах, очень сообразителен. Два года я была руководителем класса, имела возможность наблюдать за ним больше, чем просто преподаватель. Он много и жадно читал, а мои рассказы на уроках о русских писателях слушал обычно как завороженный.  Прочитав ночью книгу, он обязательно с восторгом рассказывал о ней товарищам. Очень любил Николай писать сочинения. Писал обычно много и очень ярко, своеобразно. Как только началась война, здание нашей школы <...> заняли под госпиталь. В спешке и суматохе тогда и были безвозвратно потеряны школьные архивы...»
«Писал он взахлеб. И всё-таки поэтом себя не считал, поскольку был убежден самой классикой, что профессиональным писателем может быть только по-настоящему одарённый природой человек такого рода, к какому себя не причислял. А ведь он и тогда был уже поэт!» - вспоминал однокашник Николая Владимир Жуков.
Стихи Николая сверстники переписывали, оформляли в виде небольших красочных брошюр, и они ходили по рукам из класса в класс. Оформлял их одноклассник, лучший художник школы Николай Шеберстов, ставший закадычным другом. Это ему мы обязаны первым портретом поэта.

В своём предисловии к сборнику стихов «Мы были высоки, русоволосы…» (Верхне-Волжское книжное издательство, Я., 1969г.) А. Турков написал:
«Павшие в первые же месяцы жесточайших боев, не успевшие почти ничего сложить в эту пору, но зато уже на учебной скамье, как принято говорить, трубившие тревогу, звавшие своих сверстников вглядеться и вдуматься в ближайшее будущее. Они были не столько первыми жертвами войны, сколько первыми ее бойцами, завещавшими потомкам устами автора этой книги - Николая Майорова:

                … пусть под именем моим
Потомок различит в архивном хламе
Кусок горячей, верной нам земли,
Где мы прошли с обугленными ртами
И мужество, как знамя, пронесли.

Всего несколько лет поэтического труда досталось на долю Николая Майорова. Его творческий путь был горестно краток. Молоденький, необстрелянный солдат поэзии, он сразу попал в жестокую переделку…»

В том предисловии есть и такие слова: «Могила его затерялась, место гибели точно не установлено».
Прошло время, ситуация изменилась. И ещё одна строка поэта - «Нам не дано спокойно сгнить в могиле» - оказалась пророческой.
После войны, начиная с 1958 года, Ирина Пташникова (та, которой поэт посвящал свою любовную лирику) искала могилу Николая. Оказалось, что в похоронке неверно указано название деревни: написали Баренцево вместо Баранцево. Приехав в эту деревню, Ирина нашла заброшенный холмик, где, по словам местных жителей, во время войны были похоронены два бойца. Как их звали - никто не ведал.
Не удалось Ирине найти и однополчан Коли. Даже когда прогремела его посмертная слава, никто из его фронтовых товарищей не откликнулся. Видно, некому было откликаться...
Вместо холмика позднее была установлена ограда и надгробная плита. Но…
Вот важная информация десятилетней давности:
Голубев Н. Найдена могила поэта Николая Майорова.// Ивановская областная газета «Рабочий край». 2 октября 2010:
«…в 1960-е прах красноармейца Николая Майорова из деревни Баранцево (указанной в похоронке) был перенесен в мемориальный комплекс села Карманова. И, наверное, если бы кто-то пытался отыскать могилу поэта, - о факте перезахоронения стало бы известно. Но, увы. До сих пор во всех справочниках и энциклопедиях, книгах и учебниках местом захоронения поэта числится деревня Баранцево Смоленской области...»
И вот ещё информация 2015 года из группы в соцсети «Иваново-Вознесенск и Самый советский город...»
«…мемориал в Карманове построили в 1955-м году. С тех пор список захороненных не обновляли (на старых плитах просто не оставалось свободного места), хотя каждый год сюда перезахоранивали бойцов, а имена их записывали на бумаге. В этом году на деньги столичного бизнесмена на Кармановском мемориале появились двадцать новых плит с фамилиями бойцов. Таким образом благотворитель вписал в гранитную вечность имя своего деда (который был похоронен здесь, но не обозначен на монументе), а вместе с ним имена и сотен других бойцов, среди которых наш Николай Майоров. Правда, новых плит тоже хватит ненадолго. Уже этой осенью в Карманове пройдет новое перезахоронение. В близлежащих лесах и болотах работы поисковикам хватит еще на десятилетия - слишком ожесточенные бои велись тут в первый год войны…
… Но теперь стихи Майорова зазвучат в Карманове. Я уверен в этом, потому что видел, как загорелись глаза здешних учителей, потому что видел, как школьники после учебы убирают мемориал (и это притом, что о моем приезде в школе не знали). Да и еще одна немаловажная деталь: братские захоронения последних лет украшены по углам дырявыми от ржавчины и пуль солдатскими касками. Они не привинчены, не зафиксированы – но никому даже в голову не приходит унести их, или переложить. Карманово помнит войну…»

Николай Майоров. Его имя, его стихи не забыты, не канули в безвестность. Поэт по-прежнему с нами!


Геннадий Ростовский
Гость      22:47 20.11.2020 (1)
а для чего такое постить целиком?
для этого есть опция- скрытые
     09:09 21.11.2020 (1)
Никто никого читать не заставляет.
Гость      23:20 22.11.2020 (1)
Я читаю ленту-с комментариями произведений этого сайта,
а не личную Вашу страницу.
Поскромнее будьте!
     10:42 23.11.2020
А я вам рекомендую не заходить сюда со своими претензиями. Мимо шагайте, аноним!
     10:45 18.11.2020 (1)
     10:47 18.11.2020 (1)
Из подборки стихов Н. Майорова в альманахе

            ПАМЯТНИК

Им не воздвигли мраморной плиты.
На бугорке, где гроб землёй накрыли,
Как ощущенье вечной высоты,
Пропеллер неисправный положили.

И надписи отгранивать им рано –
Ведь каждый, небо видевший, читал,
Когда слова высокого чекана
Пропеллер их на небе высекал.

И хоть рекорд достигнут ими не был,
Хотя мотор и сдал на полпути, -
Остановись, взгляни прямее в небо
И надпись ту, как мужество, прочти.

О, если б все с такою жаждой жили,
Чтоб на могилу им взамен плиты,
Как память ими взятой высоты,
Их инструмент разбитый положили
И лишь потом поставили цветы!

1938 г.



Что значит любить

Идти сквозь вьюгу напролом.
Ползти ползком. Бежать вслепую.
Идти и падать. Бить челом.
И всё ж любить её — такую!
Забыть про дом и сон,
                                    про то, что
Твоим обидам нет числа,
Что мимо утренняя почта
Чужое счастье пронесла.
Забыть последние потери,
Вокзальный свет,
                            её "прости"
И кое-как до старой двери,
Почти не помня, добрести,
Войти, как новых драм зачатье,
Нащупать стены, холод плит...
Швырнуть пальто на выключатель,
Забыв, где вешалка висит.
И свет включить. И сдвинуть полог
Крамольной тьмы. Потом опять
Достать конверты с дальних полок,
По строчкам письма разбирать.
Искать слова, сверяя числа,
Не помнить снов. Хотя б крича,
Любой ценой дойти до смысла.
Понять и сызнова начать.
Не спать ночей, гнать тишину из комнат,
Сдвигать столы, последний взять редут,
И женщин тех, которые не помнят,
Обратно звать и знать, что не придут.
Не спать ночей, не досчитаться писем,
Не чтить посулов, доводов, похвал
И видеть те неснившиеся выси,
Которых прежде глаз не достигал, —
Найти вещей извечные основы,
Вдруг вспомнить жизнь.
                              В лицо узнать её.
Прийти к тебе и, не сказав ни слова,
Уйти, забыть и возвратиться снова,
Моя любовь — могущество мое.

1939 г.


                *      *      *
Мне б только жить и видеть росчерк грубый
Твоих бровей и пережить тот суд,
Когда глаза солгут твои, а губы
Чужое имя вслух произнесут.
Уйди – но так, чтоб я тебя не слышал,
Не видел. Чтобы, близким не грубя,
Я б дальше жил и подымался выше,
Как будто вовсе не было тебя.

1939 г.

Творчество

Есть жажда творчества,
Уменье созидать,
На камень камень класть,
Вести леса строений.
Не спать ночей, по суткам голодать,
Вставать до звезд и падать на колени.
Остаться нищим и глухим навек,
Идти с собой, с своей эпохой вровень
И воду пить из тех целебных рек,
К которым прикоснулся сам Бетховен.
Брать в руки гипс, склоняться на подрамник,
Весь мир вместить в дыхание одно,
Одним мазком весь этот лес и камни
Живыми положить на полотно.
Не дописав,
Оставить кисти сыну,
Так передать цвета своей земли,
Чтоб век спустя все так же мяли глину
И лучшего придумать не смогли.

1940 г.


*  *  *
Я не знаю, у какой заставы
Вдруг умолкну в завтрашнем бою,
Не коснувшись опоздавшей славы,
Для которой песни я пою.
Ширь России, дали Украины,
Умирая, вспомню... И опять —
Женщину, которую у тына
Так и не посмел поцеловать.

1940 г.

          Мы

                Это время трудновато для пера.
                                                    В. Маяковский

Есть в голосе моем звучание металла.
Я в жизнь вошел тяжёлым и прямым.
Не всё умрет. Не всё войдет в каталог.
Но только пусть под именем моим
Потомок различит в архивном хламе
Кусок горячей, верной нам земли,
Где мы прошли с обугленными ртами
И мужество, как знамя, пронесли.
Мы жгли костры и вспять пускали реки.
Нам не хватало неба и воды.
Упрямой жизни в каждом человеке
Железом обозначены следы —
Так в нас запали прошлого приметы.
А как любили мы — спросите жен!
Пройдут века, и вам солгут портреты,
Где нашей жизни ход изображен.
Мы были высоки, русоволосы.
Вы в книгах прочитаете, как миф,
О людях, что ушли, не долюбив,
Не докурив последней папиросы.
Когда б не бой, не вечные исканья
Крутых путей к последней высоте,
Мы б сохранились в бронзовых ваяньях,
В столбцах газет, в набросках на холсте.
Но время шло. Меняли реки русла.
И жили мы, не тратя лишних слов,
Чтоб к вам прийти лишь в пересказах устных
Да в серой прозе наших дневников.
Мы брали пламя голыми руками.
Грудь раскрывали ветру. Из ковша
Тянули воду полными глотками
И в женщину влюблялись не спеша.
И шли вперед, и падали, и, еле
В обмотках грубых ноги волоча,
Мы видели, как женщины глядели
На нашего шального трубача.
А тот трубил, мир ни во что не ставя
(Ремень сползал с покатого плеча),
Он тоже дома женщину оставил,
Не оглянувшись даже сгоряча.
Был камень тверд, уступы каменисты,
Почти со всех сторон окружены,
Глядели вверх - и небо было чисто,
Как светлый лоб оставленной жены.
Так я пишу. Пусть неточны слова,
И слог тяжёл, и выраженья грубы!
О нас прошла всесветная молва.
Нам жажда зноем выпрямила губы.
Мир, как окно, для воздуха распахнут
Он нами пройден, пройден до конца,
И хорошо, что руки наши пахнут
Угрюмой песней верного свинца.
И как бы ни давили память годы,
Нас не забудут потому вовек,
Что, всей планете делая погоду,
Мы в плоть одели слово "Человек"!

1940 г.

              *          *        *
Я с поезда. Непроспанный, глухой.
В кашне измятом, заткнутом за пояс.
По голове погладь меня рукой,
Примись ругать. Обратно шли на поезд.
Грозись бедой, невыгодой, концом.
Где б ни была — в толпе или в вагоне, —
Я все равно найду,
Уткнусь лицом
В твои, как небо, светлые,
Ладони.

1940 г.


* * *
Когда умру, ты отошли
Письмо моей последней тётке,
Зипун залатанный, обмотки
И горсть той северной земли,
В которой я усну навеки,
Метаясь, жертвуя, любя
Всё то, что в каждом человеке
Напоминало мне тебя.
Ну а пока мы не в уроне
И оба молоды пока,
Ты протяни мне на ладони
Горсть самосада-табака.

1940г.

          *          *          *

Нам не дано спокойно сгнить в могиле.
Лежим навытяжку и, приоткрыв гробы,
Мы слышим гром
                            предутренней пальбы,
Призыв
                    охрипшей полковой трубы
С больших дорог, которыми ходили.
Мы все уставы знаем наизусть.
Что гибель нам?
                              Мы даже смерти выше.
В могиле мы построились в отряд
И ждём приказа нового. И пусть
Не думают, что мёртвые не слышат,
Когда о них потомки говорят.

1941г.


                Т Е Б Е

Тебе, конечно, вспомнится несмелый
И мешковатый юноша, когда
Ты надорвёшь конверт армейский белый
С «осьмушкой» похоронного листа…
Он был хороший парень и товарищ,
Такой наивный, с родинкой у рта.
Но в нём тебе не нравилась одна лишь
Для женщины обидная черта:
Он был поэт, хотя и малой силы,
Но был, любил и за строкой спешил.
И как бы ты ни жгла и ни любила,
Так, как стихи, тебя он не любил.
И в самый крайний миг перед атакой,
Самим собою жертвуя, любя,
Он за четыре строчки Пастернака
В полубреду, но мог отдать тебя!
Земля не обернётся мавзолеем…
Прости ему: бывают чудаки,
Которые умрут, не пожалея,
За правоту прихлынувшей строки.

1940–1941
Гость      22:47 20.11.2020 (1)
уберите под кат-
     09:08 21.11.2020 (1)
Во-первых, не умею. Во-вторых, зачем?
     09:15 21.11.2020 (1)
Из второго номера альманаха
Обращение к читателям шеф-редактора
Литература и политика

Любое публичное издание при подготовке материалов ориентируется на своего читателя. Внутри редакторского коллектива задаются вопросом: кто он, наш читатель?

Уже при работе над первым номером мы столкнулись с непониманием редакторской позиции некоторых наших потенциальных авторов: «Литература вне политики!» – говорили они.

После выхода первого номера альманаха появились претензии в связи с упоминанием в нем имени человека, который возглавлял СССР более 30 лет, и обвинения в «восхвалении и культе личности Сталина».
Это очень огорчает, так как это несправедливое обвинение.

Мы исходим из понимания, что наше государство имеет тысячелетнюю, зачастую неоднозначную историю. Видение её только в чёрно-белом свете весьма ошибочно и приводит к определенного рода гражданскому противостоянию.
В области культуры это не приводит к серьёзной дискуссии, а разрывает и обедняет её.
Сегодняшний мир весьма тревожен и противоречив, у него свои темные пятна. В них никогда не разобраться, не зная всю объективную правду об истории нашей страны.

Возможно, мы поставили для себя при издании альманаха «Гражданинъ» слишком амбициозную задачу: объединить в литературных и читательских кругах думающих людей. Людей, способных выслушать иные точки зрения. На страницах нашего альманаха возможны и, более того, желательны споры, в которых, как говорится, рождается истина.

Очень многое в нашей огромной, многонациональной и многоконфессиональной стране определяют творческие люди, которые к тому же способны оценить творчество своих коллег по перу.
Сегодня предпринимаются попытки соединить в одну ассоциацию многочисленные писательские союзы и объединения.
После распада СССР единственный большой союз писателей развалился на мелкие фрагменты, не способные выжить поодиночке. Они мало что могут в формировании и воспитании читательской аудитории, а это сейчас необходимо нашему народу больше всего, ибо иначе настоящая и высокая литература погибнет. Но свято место пусто не бывает – её место займут не только серость и мусор, что мы видим уже сейчас, а более страшные и опасные явления – дезориентация, развращение и разложение нашего общества.

В связи с вышесказанным перед нами встаёт важнейший вопрос: может ли государство допустить это и оставить литературу вне политики?
Если новая ассоциация многочисленных литературных союзов будет построена вне политики и без идеологии, то никакой пользы России от неё не будет. Возникнет новая кормушка – литературное корыто, за место у которого начнутся бесконечные визги и драчки с последующими письмами-жалобами или доносами к высоким покровителям.
Какие возможные шаги хотелось бы увидеть от государства в области литературы?

Первый шаг – идеология. Без неё никуда. Что-то в этом направлении уже сделано при создании поправок к новому формату нашей Конституции. Однако нужна уже определенность и конкретность.
Второй шаг – государству пора привлечь отечественную литературу к своей политике. Цель – сохранение наших культурных ценностей и отстаивание традиционных ценностей русского мира.
Третий шаг – цензура, которая будет призвана очистить литературу от мутного потока невежества, посредственности и бездарности, заполнивших сегодня литературный мир на 90%, если не больше.
Да, надо вернуться назад и честно признаться – цензура необходима и обязательна! С очень важной поправкой: не политическая цензура, а литературная!

И еще одно важное условие.
Те союзы, которые решат войти в новую ассоциацию под эгидой государственной власти, должны будут провести у себя большую ревизию и чистку, освободившись от собственных балласта, серости и мусора. Все прекрасно знают, как принимались и принимаются в литературные союзы после распада СССР новые члены. Дошло до того, что в литературные союзы и объединения принимаются жены и любовницы, не умеющие связать двух слов и не знающие русского языка в принципе. Просто заплати 10 тысяч – и твоя дура становится членом союза писателей. Надо убрать из литературных союзов всех дилетантов и графоманов, конъюнктурщиков и прихлебателей, родственников и блатных.

В эту новую ассоциацию должны войти только
1) настоящие писатели и поэты;
2) признавшие государственный курс, направленный на благо России;
3) и работающие на государственную политику в области культуры.
Все технические вопросы, возникающие при этом, легко решаются, если на то будет желание и государственная воля.

Вот и вышел второй номер нашего альманаха.
Расширяются наши связи с авторами и читателями.
Размышляя над важнейшим моментом в «Гражданине», надо подчеркнуть, что мы не хотим и, возможно, не имеем права судить людей, не разделяющих наших взглядов. Но при этом, хочется отметить, что в литературе, как и в целом в отечественной культуре, очевиден решительный водораздел. А, может быть, уже и пропасть среди тех, кто посвятил свою жизнь творчеству и ощутил непримиримые противоречия со своими коллегами.

У одной части писателей, не очень многочисленной, но сплочённой и активной в продвижении своего мировоззрения, подогревается главная идея: «Россия должна стремиться попасть в «цивилизованный» мир и преодолевать свою «отсталость». Для таких празднование Дня победы – победобесие... Для нас это неприемлемо!

Да и Бог бы с ними, но, как показывают события последних лет, эта часть «рукопожатных» агрессивно и эффективно травит несогласных с ними: выгоняют из газет и журналов, отстраняют от телеэфиров, преследуют патриотических режиссеров. Надо наконец-то признать, что либералы-русофобы и западники всех мастей вольно или невольно, за деньги или по глупости работают на разрушение нашей великой страны.

Да, мы признаем: всё, что общественно полезно, что развивает общество, а не способствует его регрессу, – найдет своё место на страницах нашего альманаха. Однако всё, что направлено на разрушение государства, всё, что несёт вред нашему народу, будет нами беспощадно разоблачаться и уничтожаться.

Возможно, это прозвучит слишком громко, но нам хочется, чтобы альманах «Гражданинъ» начал объединять для общего дела всех тех, для кого главным в жизни является наша единственная Родина – Россия, её процветание и могущество.

Определен курс литературного альманаха «Гражданинъ» – отстаивать морально-нравственные устои нашего общества, сформированные веками, сохранять и развивать традиции русской культуры.
Мы ждем новых авторов и творческие организации, которые поддержат это наше стремление. Пусть круг друзей, союзников альманаха из номера в номер становится всё больше.

Мы не должны, не имеем права сидеть сложа руки и смотреть, как «люди со светлыми лицами» сжирают души россиян и, что особенно страшно, души молодого поколения.

Возможно, в публикации второго и последующих номеров какие-то материалы не понравятся нашим читателям.

Пишите нам, аргументируйте свои позиции!

И давайте создавать вместе большой спектр настоящей литературы и литературной критики, который способствовал бы объединению писателей и читателей, а не подталкивал бы их к самоубийственной духовной гражданской войне.
     10:44 23.11.2020
Фотоконкурс литературного интернет-

альманаха "Гражданинъ"

Почта для отправки конкурсных фотографий:
ich-p2@yandex.ru


Книга автора
Шурик с Яблочной улицы 
 Автор: Наталья Коршунова
Реклама