Или
Фантазии студенток России…
(Из записок преподавателя технического колледжа)
На предыдущем занятии в группе ТМ или технология машиностроения, областного «Колледжа современных инноваций и новых технологий», я объявил студентам, что на этом занятии, а оно было предпоследнее по учебному плану, будет генеральная репетиция зачета. А так как после меня занятий в этой группе сегодня не должно было быть уже никаких, то я сказал им, что буду сидеть с ними хоть до утра. И, учитывая то обстоятельство, что рабочий стол в кабинете у меня был оборудован компьютером, то я сказал студентам, что сам я в это время буду заниматься своими личными делами, чтобы не терять времени понапрасну - например, писать себе новые программы на будущий год. Так что, я себе занятия найду. А они пусть, как хотят. Но те, студенты, которые не придут ко мне на зачет сегодня или завтра, будут потом меня искать по колледжу и умолять встретиться с ними. А я буду из всех сил противиться этой встрече.
После этих слов по аудитории прошелестел сдерживаемы смешок. Студенты прекрасно понимали, в какое время они живут, и хорошо знали что прав у меня, у преподавателя, практически нет никаких. Все права сейчас у них, у студентов, потому что они все «платники». А раз они за свою учебу заплатили, то никуда вы, «преподы», уже не денетесь и оценки за прошедший учебный год поставите, как миленькие! Потому что выгонять студента за неуспеваемость колледж не имеет права, и потому двоек за зачет вы, «преподы», сейчас поставить студенту тоже не имеете права, а не допустить до экзамена студента вам просто не разрешит руковдство колледжа. Потому что экзамены – одна лишь видимость, так как оценки в ведомостях уже заранее проставлены заместителем директора по УМР, то есть, заместителем по учебно-методической работе. Проставлены в зависимости от конъюнктурной ценности родителей студентов для колледжа, а не в зависимости от их успеваемости.
Студенты это знали и знали, что я это тоже знаю. Но однако они знали еще и то, что я, преподаватель технических дисциплин колледжа, являюсь самым вредным из преподавателем колледжа и что договориться со мной бывает сложно. Очень сложно! Бывший работник машиностроительного завода, причем, работавший на высоких должностях, я вел себя в колледже, с точки зрения самих студентов, слишком уж независимо и заставить меня подчиниться сложившимся в колледже правилам было не просто. Точнее - не всегда просто!
Раньше, в советское время, колледж был заводским машиностроительным техникумом и пользовался в городе большим авторитетом. В техникуме преподавателями работали по совместительству ведущие специалисты завода и давали студентам приличные знания по технологии машиностроения. Кроме того, у техникума был прекрасный механический участок с несколькими десятками работающих механообрабатывающих станков. Поэтому каждый студент техникума при окончании учебы мог спокойно работать на нескольких механообрабатывающих станках: на токарном, на фрезерном, на сверлильном, на расточном. Поэтому выпускники техникума спокойно расходились по цехам местных заводов.
Но потом механические мастерские закрыли, оборудование продали, а на их месте организовали актовый зал колледжа. Ну, а с прошлого года, после известного Фурсенского приказа о самофинансировании учебных заведений, на месте актового зала организовали ночной клуб. Техникум находился в центре города и ночной клуб работал активно! Деньги в колледж шли. Весь вопрос только – кому шли? Потому что преподаватели зарплату свою получали в зависимости от своей личной педагогической нагрузки, а не от наличия на площадях колледжа других заведений.
В группе ТМ числилось 22 человека. Из них пять девушек. Девушки обычные, ничего из себя особенного не представляющие, троешницы по школе. Кроме одной. Звали ее Настя. Крупная, хорошо развитая физически и биологически, темноволосая девушка, грудастая, с мощными бедрами, довольно красивая, умная и начитанная, она отличалась невероятнейшей наглостью в достижении своих целей. Училась она хорошо, но свои оценки она не зарабатывала упорными занятиями в аудиториях колледжа. Она их выбивала из преподавателей. И у нее этот процесс выбивание нужных ей оценок получалось виртуозно.
Отец ее был местным бизнесменом и иногда кое в чем спонсировал руководство колледжа. В колледж она ездила на шикарном "Лексусе" и не признавала никого. Группой она вертела, как хотела и ей подчинялись даже ребята. Строптивых успокаивала подзатыльниками. Споткнулась она лишь на мне. Здесь у нее получился прокол.
Сколько она бегала на меня жаловаться директору и зам директору колледжа – уму не постижимо! Но учить мои дисциплины я ее все-таки заставил. Хотя учить – это слишком громко сказано! Просто, я ее заставил писать рефераты по учебным темам моих дисциплин и потом сдавать их мне! Что только она ни делала, чтобы пробить меня! Она и плакала передо мной, и визжала, и материла меня, и топала ногами, и закатывала настоящие истерики и даже швыряла в меня учебники – все было бесполезно! Принцип у меня был один для всех! Напиши по теме реферат и покажи его мне, а потом хотя бы прочитай написанное вслух – тогда получишь тройку. Хочешь четверку – расскажи мне о темах реферата. Расскажи хотя бы с «подглядкой»! Но гадости она мне делала постоянно. И делала их порой виртуозно!
В этот раз Настя села прямо передо мной за передний стол. Она была в светлой кофточке с глубоким декольте и серой, в темную клетку юбке. Выглядела эффектно. Она спросила меня:
-- Владимир Сергеевич, а у меня долги есть?
Я открыл свой журнал, посмотрел список студентов и сказал:
-- Есть, Настя, есть! За тобой два реферата по двум последним темам.
Студенты зашумели:
-- А у меня! А у меня!
Я прочитал им по списку об имеющихся у них «задолжностях» и объяснил, что им надо будет сделать, чтобы получить зачет.
Настя спросила:
-- Владимир Сергеевич, а можно без реферата?
Я пожал плечами и ответил:
-- Можно! Почему же нельзя? Надо будет только ответить письменно на вопросы реферата и потом рассказать мне. Ты же знаешь мою методику.
-- А вот так можно? – она, глядя мне в лицо, быстро расстегнула свою кофточку и распахнула ее. Под кофточкой лифчика не было. И на меня глянули два больших полушария ее молодых, крепких и высоко поднятых красивых грудей.
Я оторопел. И даже растерялся. Меня бросило в жар. Она сидела впереди всех студентом прямо передо мной. И студенты ничего не видели. Или, может быть, не видели. Не знаю. Для меня лучше было бы, чтобы не видели. Теперь понятно, почему она села прямо передо мной и почему надела такую кофточку. Подготовилась, так сказать.
Наступила пауза. Для меня – зловещая пауза. Я отвел глаза от ее грудей и тут мой взгляд машинально упал на собственный мобильник, лежащий передо мной на столе. Рука инстинктивно, как за спасательным кругом, потянулась к нему. Я взял мобильник и начал растерянно нажимать клавиши, набирая номер. Точнее – делать вид, что набираю номер. Мне надо было прийти в себя. И как можно скорее. Чтобы понять, как вести себя дальше. Потому что ситуация для меня была катастрофической. Студентка на занятиях у мужчины преподавателя расстегивает кофточку и сидит перед ним с обнаженной грудью! Эту сцену можно развернуть куда угодно! И все варианты будут не в мою пользу.
Настя насмешливо глядела на меня. Она была совершенно спокойна и невозмутима Полные губы ее были чуточку искривлены в ехидной улыбке. Вредный препод повержен. Сейчас мы его будем добивать. Но что это он схватился за телефон? Непорядок! Она нахмурила брови и сердито спросила:
-- Вы куда это звоните?
И тут язык выручил меня. Он сам спокойно произнес нужную фразу:
-- В милицию…
-- Зачем?! – Настя удивленно вскинула брови.
-- Подам на тебя заявление в сексуальном домогательстве преподавателя!
Шок у меня уже прошел. И я был уже совершенно спокойны. Инстинкт самосохранения сработал у меня во время и, можно сказать, что спас меня от скандала и больших неприятностей. Действовал я правильно. Я направил на нее глазок фотоаппарата, вмонтированного в мобильник, и нажал кнопку. Затем глянул на получившийся снимок, усмехнулся и сказал:
-- А это вот вещественное доказательство. За твоей спиной ясно видны фигуры ребят. Отсюда получается, что ты провоцируешь меня на занятиях в присутствии своих сокурсников.
Лицо Насти мгновенно стал пунцовым. Она торопливо запахнула кофточку и начала лихорадочно застегивать пуговицы. Затем исподлобья глянула на меня и тихо сказала:
-- Простите меня…
Потом помолчала немного и, кусая губы, выдавила из себя:
-- Можно я уйду?
Я пожал плечами:
-- Как хочешь.
Она вскочила и буквально кинулась к дверям. Самое поразительное, что никто из ребят группы ничего не заметил. А рефераты она сдала на другой день. Оба сдала. И оба блестяще. И потом она со мной вела себя очень сдержанно. Внешне сдержанно. Только иногда с прищуром поглядывала на меня и загадочно улыбалась. А в глазах ее при этом плясали чертики! И у меня никак не проходило ощущение того, что этим пикантным случаем мои отношения со студенткой Настей никак не закончатся. Так оно в итоге и вышло. Но это уже другая история.
КОНЕЦ
По меркам СССР выпускники таких школ - дебилы. 
В частных школах обучение куда лучше, но там и контингент из зажиточных семей. После развала СССР в Украине почти все выпускники школ идут получать диплом какого-то ВУЗа. Дурдом! Их родители свято верят, что самое главное в жизни - ВЫСШЕЕ ОБРАЗОВАНИЕ. А потом с дипломами инженеров и учителей эти ребятки идут торговать машинами и сидеть в офисах всяких контор. Цирк! А на стройки начали уже завозить индусов, которые подлинно рады получить 500 долларов в месяц. 
