Пьяные элегии
Тип: Стихи
Раздел: Лирика
Тематика: Другая
Автор: Жестокий Римлянин
Баллы: 1
Читатели: 300
Внесено на сайт: 16:14 09.06.2009
Действия:

Пьяные элегии

В 476 году произошла самая ужасная катастрофа. Пала Римская империя и Европа на много веков погрузилась во мрак средневековья. Были забыты достижения античности.
Трусость легионеров, внутренние распри, исчезновение  чистокровных патрициев,  ничтожность императоров – всё это предвещало конец великой цивилизации. Но усилившееся пьянство было просто непростительно!
Речь в элегиях идёт об эпохе императорского Рима, погрязшего в пучине порока и разврата.
Добро пожаловать в атмосферу того времени. Оно всё же было прекрасно!

          ***
     
Nihil hie aluid vivere quam bibere

Жизнь есть не что иное, как питье
Антоний Кампан
     
      Если пить ты не любишь жадно,
      Всё до конца, до последней капли,
      Пользы в тебе, как в читателе, мало.
      Впрочем, а чем ты быть можешь полезен,
5 Пользу умею нести себе сам,
      Если не пьёшь ты, о друг мой любезный,
      Лучше читать тебе это не стоит.
      Видишь, мой стих совершенно не ровен.
      Просто с утра уже пьяный в бревно я!
           
***
      Римлянин умеет в Риме жить,
      И пить умеет превосходно!
      И кровь его иного вкуса,
      Иного запаха, оттенка.
5  А варваров совсем другая жидкость
      Наполняет, совсем другого качества она.
      Не будет кровь у галла течь из носа
      С очарованьем красоты холодной.
      О как волнуют эти брызги
10 Крови римской  чистой
      На тогах белых, мраморе паросском!
      Но вот уже остывшая Земля
      От солнца отвернула взор,
      Прохладной темнотою обернувшись.
15 Вот - вот забрызжет спутник ночи дождь
      Пройдёт по сумрачным её дорогам
      В тиши лесной благоуханной.
      А под покровом темноты
      Ночные фиалки прячутся от мира,
20 Ночные фиалки, дочери ночные.
      Во влажном воздухе её
      Вы приближенье чуете дождя,
      И наполняете пространство ароматом.
      Вы миражи, вы неземные,
25 Тончайших волн от вас сиянье.
      Покрыты тайной вы печальной.
      Ваш аромат смешался с лунным светом,
      Двоитесь вы в глазах моих!
      Бегу я к вам в ночи, шатаясь,
30 Как замечательно поспать,
      Уткнувшись в вас лицом небритым!
      Не передать никак словами
      Все чудеса, все ощущенья!

       ***
      Каждая в мире букашка, козявка, каждый червяк
      И пиявка, к выпивке тянутся всеми путями.
      Всё, что живое, всё хочет напиться.
      Всё к алкоголю стремиться, что дышит.
5 Так и цари, и бомжи и скотина
      Падают ниц перед страстью к спиртному.
      Славна Италия наша, прекрасна!
      Гордых и сильных мужей ты взрастила.
      Но без вина провались лучше в Тартар!
10 Туда же катись и Германия злая,
      Если вдруг пиво в тебе изведется.
      Каждая в мире соринка, пылинка
      Видимо тоже хотела бы выпить.
      Как же задобрить Юпитера можно,
15 Только попойкою славною римской!
      До капли последней! Пей! Как римлянин!
      Цвет розовый падёт на лик твой надменный!
      Попойки римской нет ничего прекрасней!
      Для меня!
20 И роднее! С детства вином очарован.
      Жалок тот, кубок отвергнет который.
      С овцою сравним он презренной,
      Заблудшей куда – то.
      Пей, как римлянин, или уйди быстрее!
25 Блея, тряся жопою жирной. Тьфу!
      Все мы однажды бываем трезвы,
      А крови аромат, пьянящий,
      Блаженством меня преисполнит,
      И вино не сравнится с ним, так воспетое.
30 О вакханка божественная моя, ты Венера!
      Твой взгляд лукавый обращён на фаллос мой,
      Что носит на себе следы сладкого кала.
      В сторону мою направь тело,
      Такое изысканное,
35 Моя нежнейшая и прекраснейшая,
      Несравненная!
      Вознесём же кубки наши
      И возольём фалернское,
      Что устремится ручьём журчащим меж губ.
40 Плоть чресла жаждет с предвкушением.
      Ручей смочил вином губы пересохшие.
      Повар тучный, с бочкою едва различимый,
      Ты чревоугодьем повергнешь меня в фигуру
      Бесформенную.
45 Эй вы! О вакханки с грудями полными!
      В пляс пустите ноги,
      Что руки трясут притяжением.
      Дарю я поцелуй вам страстный
      И сладостью наполненный.
50 Тело увенчано потом, словно росою свежей.
      Походкой неровной направлю я в атрий его.
      Эй! Раб! Поводырь мне будешь сегодня.
      Возьми подмышку мою,
      В атрий устреми её торжественно!
55 Головою тяжёлой в колонну упрусь,
      Её невзначай повредив
      Об мрамора твердь, и послышится вопль мой:
      О боги! За что кару вы мне послали!
      Нутро извергает яства наружу,
60 Подобно вулкану,
      Бассейн с водою чистейшей
      Собой оскверняя попутно.
      О боги! Как день ужасен!
      Знаменье я вижу дурное!
65 Орёл, что реет в небе лазурном глубоком,
      Он выбрал голову мою мишенью превосходной
      Для отправлений мерзких жидких и вонючих.
      Не ведает совсем про туалеты
70 Птах безумный!
      Услышьте глас мой вопиющий и скорбящий!
      То человека глас, в фекалиях по воле
      Злого рока Погрязшего. Эй вы!
      Предатели, лжецы! Сюда бегите!
75 Все речи ваши, что языком
      Гнилым метёте вы из пасти,
      Все речи то врагов моих коварных.
      Мошонки ваши
      Всю силу ярости свирепой почуют!
80 О солнце! Над Тибром ты встаёшь
      Из - за холмов священных,
      И озаряешь каменные стены,
      Тепло вечному городу приносишь.
      Слышу я пение прекрасное, голос женский нежный.
85 Мир! Как ты чудесен! Как я счастлив!
      О Луцилла! Любовь неземная моя!
      Грудью отвисшей навек очарован!
      Ловких рук шаловливых карявых касанья
      Обожаю я так, но при этом
90 Ты не моешься чаще, чем старый баран,
      И одежды твои все рваны.
      Фаллос мой вдохновенно и жадно сосёшь,
      Хоть зубами порой и цепляешь,
      Пусть и весишь как слон боевой Ганнибала,
95 И все зубы прогнили кривые,
      Я напьюсь и ты станешь прекрасней Венеры!
      И нежней, и милее и слаще!
      Что мне толку в тебе, если нету вина,
      Лишь оно так тебя приукрасит!
100 Вечно радость останется – только вино!
      Вечно счастье лишь с ним обретаю!
      Ценит ли кто – то из вас человека,
      За то, что живой он, и бьётся в нём сердце,
      Ценит ли женщин за ласки, мужей за их разум,
105 Я же ценю лишь вино, и уверен,
      Что человек ни один не сравниться
      С этим напитком! Зачем же мне люди,
      За ними ухаживать нужно и с ними общаться.
      Могут они плохо выглядеть, пахнуть зловонно!
110 Могут нести всякий вздор или хныкать.
      Вино не в пример им спокойно.
      Что человек мне живой, раз спиртное
      Есть у меня и могу я всегда его выпить.
      Если предложат мне выбрать меж ними,
115 Я лишь вину отдаю предпочтенье!

      ***
      Легион – мечты воплощение римской!
      Серьёзен и оптимален.
      Но лишь на то способен только,
      На сколько он пьяный сегодня.
5 С полёта орлиного высоты запредельной
      Все мужчины видны настоящие,
      Которые знают цену свою.
      Шаг их неспешен и твёрд.
      Щёки сухие недвижность хранят.
10 О легион – творенье Рима жестокого!
      Люди умные жадные создали вас.
      Роз лепестки пасть обязаны
      К ногам выносливым вашим.
      Но есть ситуации в жизни,
15 Где выпивки мало бывает слишком.
      На это смотреть не смогу я,
      На это смотреть невозможно,
      Сколько Геракл выпивал, не представите даже!
      Грудью могучей пары до небес выдыхая.
20 Разве свершить бы сумел он хоть подвиг,
      Если б не пил по геройски корытом.
      Разве б сумел от говна все очистить конюшни.
      Пил Прометей и за пьянство к скале был прикован.
      Печень палёную грызть повелели орлу.
25 Пил и Улисс двадцать лет, пока нет Пенелопы.
      Пьяный Тезей же за нить Ариадны держался.
      Грозою тёмной дышало теперь пространство,
      И тлена удушливый запах.
      В дыме костров сыновей теряешь
30 О Рим! Тучи угрюмо нависли
      И небо рыдает, рвётся на части
      А может смеётся? Но страшно.
      Хохочешь ты безумная стихия?
      Над чем? Над тем, что места есть,
35 Где римлян пьяных нога не ступала?
      Твой ветер холодный
      С собою приносит нам зло.
      Полнятся воды подземные
      Кровью несчастной, шепчутся глухо
40 Во тьме пузырятся ручьи.
      О Рим! Сыновей ты теряешь.
      Лежат они где - то под снегом
      Кровавым. В блевотине лица
      Застыли, как мрамор, и очи
45 Они не зажмурят весною на солнце.
      Лишь волки увидят их раны.
     
      ***
      Как же красиво распелись бутыли на кухне!
      То урожай мой уж бродит с неделю.
      Трели выводят они, и нагуливать градус стремятся.
      Роще подобна сейчас моя кухня.
5 В ней соловьями бутыли орут, заливаясь.
      То рощу услышу я, то болото,
      Где хором зелёные квакают жабы.
      Каждый пузырь приближает к моменту
      Радости, счастья безумного Вакха!
10 Нежно, как деву, ласкаю бутыль я рукою.
      Нежно в ответ она бульканьем мне отвечает.
      В Морфея объятья не волен отдаться спокойно,
      Если баюкать бурленье меня перестанет.
      А в доме соседнем умер вчера алкоголик,
15 Умер досрочно, ему бы попить ещё можно.
      Так умирают по осени свиньи на мясо,
      Звали Атилла. Как жалко безумно!
      Как апельсин недозрелый, лежал он, желтея,
      Боками.
20 Варваром был по рожденью, но римлянин
      В тяге к спиртному. О тяга! Как ты была грандиозна!
      И что важнее вдвойне – постоянна!
      Доктор тебя, о несчастный, небрежным
      Окинул взором. Мрачно потупились лица прохожих.
25 О горе нам, горе! Скорбите и пейте сильнее.
      Кто ж будет теперь возлегать у проезжей дороги,
      Воз кто облает, подобно собаке брехливой, бранью!
     
      ***
      Озарило солнце лучом огромным город
      Вечный. Рабы тушат факелов пламя.
      Толпы плебеев бегут к Колизею,
      Толкаясь, плюясь и ругаясь попутно.
5 А ты ещё пьян, как свинья, из подвала
      Не вылез. За что же о солнце
      В лицо его светишь так рано, в лицо,
      Что опухло немного и грязной щетиной
      Покрыто. Всю ночь он провёл, предаваясь
10 Разврату со шлюхою дряблою, старой.
      А вот и ланиста стоит у порога,
      Оглашая подвала покои бранью. Давно
      На верху трибуны ропщут и ждут
      Они крови и смерти и тяжких страданий.
15 Боги пьянейшему дарят всегда победу,
      Воскликнул ты гордо. Где ж враг твой,
      С которым не выпил ещё ты?
      Быть может, мочою истёк он от страха?
      И тут на арену выходит, трезубцем махая
20 Африки сын, и сильно уже шатаясь.
      Ответил ему ты надменно, что выродок он
      Последний из рода уродов презренных.
      Тут раб не сдержался от гнева, который
      Наполнил безумьем главу, без того
25 Лишённую мыслей здоровых. Помчался ногою
      Быстрой, трезубец с сетью державши,
      К тебе приближаясь стремительно.
      Сеть полетела, в сторону резко
      Шагнул ты. Впросак попал идиот дерзновенный.
30 Щитом прикрываясь, себя сберечь в надежде,
      Вонзил ему в сердце ты меч свой короткий.
      В агонии корчился лик его безобразный.
      Пена кровавая из пасти била фонтаном
      Прекрасным. Стоял ты с членом поднятым
35 Гордо, не глядя туда, где легло
      Бездыханное тело. Но взгляд устремил
      На матрон, что хихикали дружно.
     
     
    ***
     Возможно ль цезаря узнать
     Когда в грязи измазан профиль,
     Корявы ногти и небрито
     Лицо, и мусор вместо лавров?
5  Возможно римское говно
     Не загрязняет туалетов.
     Оно во всём ведь оптимально!
     По запаху текстуре и размеру!
     У этих варваров – засранцев
10 За лакомство сошло бы однозначно!
     Об этом думал постоянно
     В разгаре жарких сладких оргий
     Великий цезарь с умиленьем.
     Кричали мимы  в исступленье:
15 Конечно! Авэ цезарь! Да!
     Конечно! Хоть спроси преторианцев!
     А вот ползёт и их сигнифер!
     Потратил деньги все на пьянку!
     Ты слышишь! Как орёт когорта!
20 Эй! Идиоты! Черви презренные!
     Как смеете идти вы против нас.
     Станете жабами, по Стиксу плывущими.
     Жён ваших сладких римляне ждут.
     Был Рим наш отец суровый.
25 Жестокость родила на свет нас.
     Задницы спасайте дряхлые потные.
     Вы, немощные, не устрашите и старуху.
     Пресмыкаться заставим в испражнениях.
     Бегите уроды с чреслами хилыми.
30 Мы очень горды и надменны,
     И титул героя каждый носит.
     Мы все элита - преторианцы!
     Не любим мужей дурно пахнущих .
     Ползите членами, нечистотами покрытыми .
35 Вам давно отведено место в клоаке.
     В грязь и кал ввергнем лица ваши,
     Принуждая к его поеданию весело.
     Водрузивши ногу свою на груди тощие,
     В вас убогих плевок направим меткий.
40 Эй! Собаки! Зубу свои берегите!
     Гнилые, желтые, как лист осенний.
     Кулак наш твёрд, как мрамор холодный.
     Вам не поможет зубной доктор.
     Вино! Ты годами нас закаляло!
45 Тела наши сделались стали подобны.
     На лицах шрамы, что делают их прекрасней.
     Нас всех именуют преторианцами.
     Божественный великий император!
     Ты  знаешь, почему погиб  Гай Юлий Цезарь?
50 Раскрыл я тайну злого заговора!
     Мне Кассий с Брутом пьяные признались!
     Признались в том, что Цезаря убили
     За то, что с ними  выпить отказался!
     Пришлось им это явно не по нраву.
55 Смотри же пей мой милостивый цезарь!
     Не то взбунтуются твои преторианцы!
     
      ***
      Галлы, что стаям животных подобны,
      Италию рвут на куски, отощавши.
      Шлюха, ребёнок иль старец согбенный
      Не могут руки миновать смертоносной.
5 Как тучи средь ясного дня к Риму мчатся нахалы.
      Город спешат на колени склонить.
      Ждёт он спокойно вражеских войск нападенья,
      И мужество блещет в глазах.
      Но вот один воин напился,
10 Малодушен был с детства ублюдок и слаб.
      Кто точит меч надёжный, кто в общем
      Доволен вполне снаряженьем своим превосходным.
      Он же бухнул, решив, что так будет проще.
      Тут сон ему страшный явился и слышит
15 Он крики ужасные. У папы отняли бутылку.
      Мать тоже лишили винища, его разливая повсюду.
      Так всё, что любил он раньше, в прах обратилось.
      Женой насладились и денег на пьянку не дали.
      Верных друзей, выпивал с которым часто,
20 Предали смерти в объятия.
      Он же дорогой бежит немой и кровавой,
      В воздухе запах его испражнений летает.
      Тут голос с неба он слышит, ушам не веря,
      «Если поможет Вакх, холодными будут слёзы.
25 Стрелою словно пронзённый, воин проснулся
      С потоком слёз холодных, но Боже!
      Мочою омыты одежды его и калом
      Окрашены жидким зловонным.
      Крепче сжал меч свой. Враг ненавистный
30 Трясётся пусть лучше. Боялся кого смертельно,
      Презрением к тем проникся.
      Лишь он теперь жить будет вечно!
     
      ***
      Если отцы твои пили исправно,
      Если в роду твоём пьянство в почёте,
      Пили всегда и во всех поколеньях,
      Тысячу лет все блаженные предки,
5 Должен и ты чтить традиции древних.
      Должен привить эту страсть и потомкам.
      Пусть же гордятся своей родословной!
      Все, кто не чтили отцов, понесли наказанье,
      Слушай меня, я поэт лишь прилежных.
10 Бережно должен хранить ты традиции пьянства!
      Да преумножиться радость моя быстрее,
      Если же утро начнёшь ты с похмелья!
      Не пей же то, что не желаешь пить другим,
      Следи за тем, что пьёшь, а не блюёшь чем!
15 Ведь невозможного нет ничего совсем
      Для пьющего на этом свете!
      Лишь только он бутылку и осилит!
      Воскликни гордо так: Я выпил всё, что мог!
      А может кто, пусть выпьет больше!




Оценка произведения:
Разное:
Подать жалобу
Обсуждение
Наталья Крестьянинова      00:00 08.07.2009
Здравствуйте...(вряд ли вы помните)... имела место общаться с вами однажды...на СТИХИ.ру....
Говорят...что  люди проживают несколько жизней.... я почему-то, больше чем уверена, что в предыдущей жизни... вы однозначно были римлянином.... не стебусь.... Серьезно...
Книга автора
Совсем не женская история 
 Автор: Магдалина Гросс
Публикация
Издательство «Онтопринт»