Чем дальше от Москвы, тем ближе чаща,
где есть земли нетронутый клочок,
где нет сирен, с тревогою рычащих,
где тишь ночной загадкою влечёт.
Не каждая верста гостеприимна,
не каждому там гостю – каравай,
и жизнь там не покажется стремниной, -
запечье, непохожее на рай.
Но сытость иллюзорная однажды
вдруг костью встанет в горле поперёк:
ведь всё, что повторяешь по бумажке –
не Бог тебе даёт и не порог.
Поймёшь – как унизительна шпаргалка,
что «грязь» порой возвышенней, чем «князь».
И мест тогда насиженных не жалко,
и времени у Господа не красть!
|
