Там, где в небо врастает старинный усталый маяк,
журавлиная стая курлычет, на юг улетая,
мы дождёмся с тобой декабря, золотая моя....
Жемчугами сединки горят в волосах, и не тают.
Будем пить крепкий чай. Земляничный густеющий мёд
я тебе невзначай размешаю в фарфоровой чашке.
Что бы там не сказали, любовь наша дышит, живёт,
несмотря на вокзалы, прощанья и дверь нараспашку.
Низко клонятся травы - ноябрьский ветер суров.
Мы с тобой были правы: состариться вместе отрадно.
Словно ворон седой, наш маяк - он не знает оков,
и мерцает звездой, и ведёт, будто нить Ариадны.
Снег холодный, укрой пики серых таинственных скал!
... Зарыдает прибой, ветер снежные вихри закружит,
но огонь маяка, пусть он стар и ужасно устал,
будет светел, пока на земле хоть кому-нибудь нужен. |
