Я вдруг остался будто полностью один
В притихшем разом, затаившемся партере.
Я стал над нею полновластный господин.
Она - наложница, рабыня в полной мере.
Она в глаза смотрела, прямо на меня,
И взгляд её был обнажённый и бесстыдный.
Безмолвный танец бурной страсти и огня,
Всепожирающий, животный, ненасытный.
Безумства танца обжигающий накал...
Змеиной пластикой она околдовала.
Я будто рядом вместе с нею танцевал,
Но только этого мне было уже мало.
На гулкой сцене, как на лезвии, звеня,
Неумирающего вечного балета,
Там Терпсихора танцевала для меня,
Как муза танца, божество и чудо света.
|
