Ещё метёт, змеится по земле
тот холод, что неистовей и злей,
чем неизбежность кары за грехи.
Пустынна память. Прихотлив и хитр
туман, скрывающий грядущее и нас.
А я смотрю, как тих иконостас,
и свет решает, чьи теперь мы, чьи…
Безумный мир протиснут в странный чип,
но я его не в силах разгадать.
Лишь мысли, будто загнанная рать,
толпятся, ранят в смутной толчее
друг друга, не узнав, за что, зачем… |
