Вилась, изгибаясь за окнами серой змеей, дорога; В завесе из смога и морока таяли города. Безумные жаждали крови, в себе убивая Бога, — Тревожно молчали об этом бегущие поезда. Составы скрывали сюжеты о массовых суицидах, Плацкарты – душевные муки за давний Адамов грех; Тонуло купе в двоедушии, ненависти, обидах, Прокуренный тамбур – в разврате и мраке из прошлых вех. Безумцы в погоне за истиной бритвой взрезали вены В надежде узреть опустелым презренный Эдемов сад. Их крики терялись в колёс перестуке и ветхих стенах; Холодных огней перелив отражал помутнённый взгляд. Что ранее было – сейчас не имело уже значенья; Терялся в тумане прошедшего к граду златому путь. Летели за окнами тысячи долгих дней без прозренья, В вагонах неслась, не меняясь, безумная жизни суть. | 