* * *
Мы повзрослели. За окном ландшафт
Чуть выцвел, ржой подернулись деревья
Убавилось число нездешних яхт
У пирса в бухте; жужелиц кочевье
Открылось. Вновь заладили дожди,
И сад раскис. Кругом унынье, сырость.
Но ждет ли нас хоть что-то впереди?
И где опять былое воплотилось?
Нам кажется, все можно повторить –
Нелепости шептать и каждый вечер
Небес холодных золотую сыпь
Разглядывать, не зажигая свечи…
* * *
На краю тихой жизни, в тревогах
И заботах страды фронтовой,
Вспоминают солдаты о боге,
О скупой переписке с родней.
И гадают о доме, и верят –
Явь продлится, ведь где-то вдали
Кропотливой по нежности мерой
Отпускают им годы и дни.
Враг суров и назойлив, и грозен.
И объял девять Ада кругов
Жаром пышущий воздух морозный
Эхом рвущихся в небо стволов.
Но уже подступает немота.
Мир земной вновь причудлив и свят.
И таится в окопах пехота.
И во мрак часовые глядят…
* * *
По кромке вечности, по линии заката,
В морозы тянется орда.
За спинами в мешках из кожи сыромятной
Чужие стынут города.
Угрюмые вожди толкуют о ночлеге.
Отправлены дозоры в степь.
Но явь пресыщена все поглотившим снегом,
И ужасов смыкает цепь.
Жемчужная звезда, обозначая время,
В лазури теплится и бдит,
Угадывая смысл той речи иноземной,
Что мир окрестный не щадит…
* * *
Неужели счастье было
Только эхом юных грез,
Мы порой не тех любили
С упоеньем и всерьез;
И брусчаткой медным шагом
Ряд за рядом вдоль стены,
Преисполнены отваги,
Выходили из войны.
В орденах при аксельбантах,
С оборотом на вождей,
Шли герои дилетанты
Тихой родины моей;
И не знали, что вернуться –
Лишь полдела, жизнь долга,
Что на грани безрассудства
Явь и отчина врага…
* * *
Жизнь, как сон, аукнулась ненастьем
И дождей холодных череда
Зарядила; молкнет безучастно,
Отшумев, за городом страда.
Заперты чуланы и сусеки,
Убраны земных трудов плоды.
Грозовых небес бушуют реки,
Явь разъята шепотом воды.
Тычет лень по стенам колотушкой,
Тихо зреет кофе на плите
Кардамона солнечной отдушкой
В шелковистой пряной густоте.
И опять вечерняя беседа
Ни о чем – слова, слова, слова, –
Ты и я – зануда с привередой,
И надежд хмельные острова…
|
