Где-то на дне, в яме омута,
Илом шурша,
В мрачной обшарпанной комнате
Плачет чья-то душа.
Грустные звуки стенания
Всхлипам горьким сродни.
Стонет она от отчаянья?
Неразделённой любви?
Мне бы согреть её песнею,
Мир показать цветной,
Чтобы, взлетев в поднебесье,
Ей обрести покой.
Только замученной пленнице
Голос не слышен мой.
В помощь и счастье не верится,
Ставшей глухой и немой. |
Вот и хорошо!
