Любовь моя!
Зачем вы так красивы?
Зачем вы так прекрасны?
Боже мой…
Не вижу никакой альтернативы
я волосам, окрашенным басмой.
Зачем меня преследует годами
ваш удивительный хрустальный смех?
Зачем любуюсь я весёлыми глазами,
а сам я грустный и печальный? Эх…
Зачем я в предвкушенье чудном, сладком
в алькове вашем мысленно стою?
И гладя по головке вас украдкой,
я песню колыбельную пою?
Зачем потом, когда сомкнёте веки,
я телом наслаждаюсь, mа amour?
И чувствами набив души сусеки,
вам утром ранним говорю bonjour?
Но как-то раз, преодолев ограду,
как жалкий, низкий и презренный вор,
попал туда, где быть бы мне не надо:
в заросший чахлыми кустами двор…
Я не забуду страшную картину -
она затормозилась в голове -
вы были опрокинуты на спину,
лежали с голым торсом на траве…
Передо мной, буквально как на блюде,
на вас лежал какой-то господин.
Как он сопел, слюнявя ваши груди!
Переполнял его адреналин!
И я махнул обратно чрез ограду,
пошёл туда, куда глядят глаза…
Я шёл и пел печальную балладу,
и по щеке катилася слеза…
|
Удачно придумано. Бинго! - я бы сказал. 
Печальный юмор...
Уж (свят, свят!) не насильно ли муШШына сей дамочкой овладел?