* * *
Время тянется абы как
В безглагольной своей глуши;
Здесь же сон, дом остывший, мрак,
Звездные над окном ковши.
Переменчивы слух и взор;
Экий Жизнь, весь из хрупких слов,
Шепчет на ухо милый вздор –
Пыл отняв, чин сулит и кров.
И мудра ведь не по годам,
И щедра наперед числом,
Да к кисельным-то к берегам
Замахнулась худым крылом…
* * *
Воскресенье! – торжества, разгулье,
Фейерверки, музыка, шары;
И гудят к закату, точно ульи,
Пьяной бранью мрачные дворы.
Счастья бог не ведает сомнений
И обходит мир наш стороной,
Что ему мятущиеся тени
С их непритязательной возней!
Он глядит, как скупо тлеют звезды
Фонарей, как, времени излом
Обозначив, вспыхивают грозы
И пылают в мареве ночном…
* * *
Еще порой звонят коллеги,
Родня, искусники друзья –
Торжеств немыслимых стратеги
И мастодонты пития;
Но сколь, увы, неоднозначно
Души толкуется порыв,
Когда затворником на даче
Перебираешь свой архив,
В хронологическом порядке
Укладывая в закрома
Блокноты, ветхие тетрадки
Да ежедневников тома…
А с фотографий из альбомов
Минувшее глядит в упор,
И вы как будто незнакомы
Всей данности наперекор.
* * *
Дом из сыромятной кожи,
Черное окна пятно;
Год как день ненастный прожит –
Вздор да скука, все одно.
И уже мельчает гонор,
Пестрых дел круговорот
В недомолвках телефонных
Жутким эхом восстает.
Безрассудной перепалке
Время отдано с утра;
Нет бы ехать на рыбалку
Или, скажем, в номера.
И чудить, и балагурить,
Пить, да так, чтобы потом
Звать врача, глотать микстуры
И в таблетках едкий бром…
* * *
Забудь, что город кровью изойдет
И прахом станет, и не повторится, –
То божья воля. Не вернется Лот
К нему уже, и голоса, и лица
Объемлет мгла. Увы, спасенья нет
Делам, где жизнь теряет плоть и свет.
Пуст всякий день, когда утрачен быт,
Развеян дом, заброшена работа,
Привычек и желаний алгоритм
Нарушился, когда одна забота –
Терпеть в неотвратимости своей
Хмельную похоть глупых дочерей…
|
