Шапи Магомедову
Мой друг, не укоряй, не спорь со мною,
За равнодушие моё к мечети,
Хоть и во имя Бога, но земное
Тщеславие воздвигло стены эти.
Вы предлагаете рабство с гарниром,
Прельщая раем и пугая адом,
Но вместо Бога суд творя над миром,
Вы ад создали за стеною, рядом.
Людей святых, по сути, очень мало,
Но тьмы и света в нас всегда в достатке
И часто с совершенством идеала
Соседствует порока запах сладкий.
И где ревнитель гигиены личной,
Чьё над грехом незыблемо господство?
За мисочку похлёбки чечевичной,
Не многие ль уступят первородство?
А длится этот спор души и тела
Затасканной библейской притчи дольше,
Порой, в полемике, сходя всецело
До бытового: чья же миска больше?
И я не лучше, незачем лукавить,
Я сам ношу в себе такую сцену,
Где человеческое пьесу ставит,
А Божье не выходит на арену.
Не обессудь, мой друг, что не потрафил:
Манёвров хитрых не люблю, не скрою, -
Что пользы лбом крушить мечетей кафель,
В самом себе не разобравшись с тьмою?
|
