Предисловие: Акростих-шифр
Гуляет ветер по степи,
Не знает он, куда идти.
Налево – у пруда овраг,
Направо – сборище дворняг.
Решил, что прямо полетит,
Его там облако манит. Говорила бабка дедке:
– Ухожу на час к соседке,
Люська в гости позвала,
Я ей кое-что дала.
Если ты захочешь кушать,
Там есть гречка и горбуша.
Видишь, на плите стоит?
Есть ещё аперитив.
Только ты себя блюди,
Ешь спокойно и гляди:
Рыба-то она с костями.
Помни, это не салями.
Отвечает дед старухе:
– Старая, ты словно муха!
Ты меня уже достала.
Есть я буду наше сало,
Пироги и борщ к нему.
Иди к Люське посему.
Но бабуся не смолкает,
Ещё деда наставляет:
– Знаешь, что, мой старый хрыч,
Не получишь магарыч,
А коль будешь мне перечить,
Есть ты будешь только гречу.
Тут не выдержал и дед.
Он жене даёт ответ:
– Надоела, трындычиха,
Как та баба-бабариха,
Умотала молодца,
Дай-ка лучше холодца,
А к нему и водочку,
Иваси-селёдочку.
Дед всё это произнёс,
Топнул, словно в землю врос.
Испугалась баба деда,
Нет надменности и следа.
А сама глядит лукаво:
Любо-дорого забава,
Ерепенится старик,
Впрямь напал на деда бзик.
Ох, уж эти старики!
Умирать им не с руки,
Помоложе бы им быть,
Реки бы могли прудить.
Удали не занимать,
Даже нечего сказать,
А теперь уже не то…
Осень требует пальто.
Видит баба: дед устал,
Разом как-то замолчал,
Апогей словес прошёл,
Георгин, видать, отцвёл.
Надо деду угодить:
Ананасик что ль купить?
Пусть потешится старик,
Рано он чего-то сник.
А пока на лавку села,
Видно, бабка оробела.
Очень жалко стало деда.
Сел и дед на лавку следом.
Бо́к о бо́к сидят вдвоём,
Оба мыслят о своём:
– Разошёлся я зазря,
Ишь задёргалась ноздря.
Щи ли, борщ, горбуша, сало –
Есть еда, её немало, –
Думал дед. – Чего мне злиться?
Видно, надобно мириться.
Одолела бабку жалость:
– Ранила я деда малость.
Ну, чего я сорвалась?
Я же к Люське собралась.
Глядь на деда: тот сопит,
Руки нервно теребит.
Если не уладить ссору,
Шутки – бык для матадора.
Изменила бабка тон,
Ласковый, как тот питон,
Чувственный до мурашей,
Так ласкают малышей.
Ох, уж женские приёмы!
Право дело, нам знакомы.
Редко кто не знает их.
Ясно дело – дед притих.
Молча встал, подвинул лавку,
Обнял, как и прежде, бабку,
Посмотрел в её глаза,
Охнул тяжко и сказал:
– Люба мне ты, хоть упряма,
Ежели сказать мне прямо,
Ты, как в молодость, прытка́
И по-прежнему дерзка.
– Ты, конечно, паразит, –
Ему бабка говорит. –
Гонору, хоть отбавляй,
Отрицай – не отрицай.
Только ты мне тоже люб,
Арлекин и правдолюб.
Может, мне остаться дома?
Отдохнём. Взяла истома.
Будем чай и кофе пить…
Лампу надо заменить,
Аккурат светлее станет.
Кукиш не держи в кармане.
Обречённо дед вздохнул,
Медленно подвинул стул,
Абажур снял с потолка…
Ночь совсем уже близка.
Истинно таким был день?
То – лишь вымысла плетень.
|
Послесловие: © Copyright: Слава Крымский, 2025
Свидетельство о публикации №125110105908 |
как такое можно 
Просто класс 
надо пробовать 
Чудесная работа!
