Дождь был редким стукачом –
Знал, кто с кем и что почём,
Обожал гулять по крышам,
Наблюдая, кто чем дышит.
А потом строчил доносы:
Нет, мол, платья у берёзы,
В третьем доме дрыхнет кошка,
В пятом – грязное окошко,
Кто испачкал – умолчал.
Ждал награды и похвал.
Но ведь там – не дураки:
Несмотря и вопреки
Рассудили: «Дождь заносит» –
И решили заморозить,
И сказали: «Не стучать,
Тихо падать и молчать».
И пошёл снежок несмелый,
И пушистенький, и белый,
Непорочный, безобидный –
Что, босяк, небось, завидно?
|
И велели не стучать,
тихо в тряпочку молчать,
и пошёл снежок несмелый
либералу на нос белый,
хоть и был вчера дождём,
стать планируя вождём
крыш домов и крыш прохожих,
на Навального похожих,
словно водка на горилку -
хоть сливай в одну бутылку...
Да сковала дождь зима,
словно Мордора тюрьма,
от чего Париж и Ницца
стали на Россию злиться,
так как в ней зимой всегда
льдом становится вода,
в чём как антидемократ
тоже Путин виноват...
Вот и в Киеве водица
скакунам вчерашним снится
лишь по Путина вине
даже днём, как в страшном сне
став дороже, чем алмазы,
и заткнув все унитазы,
хоть из Киева живых
уводи за злой язык,
даже если тот не врёт,
ведь тэцэкашник заберёт,
чтоб и с фронта запашок
пёр - хоть затыкай стишок...