Предисловие:
Детство моё проживало в четвертом по численности в СССР городе (после Москвы, Ленинграда и Киева) - многоликом цветущем Ташкенте. Это был город-сад, деревья в котором недавно повырубили, открыв дорогу в город пылевым и песчаным ветрам.
В то время даже стационарные телефоны в квартирах были меньше, чем у половины жителей. Но во дворах всегда было много детворы. Квартиры днём на ключ обычно не закрывали. А у многих ключ от квартиры хранился просто под ковриком у двери.
Так не хватает песен муэдзина,
Черешен и урючин под окном,
Пионов, бульденежа и жасмина
В том городе, где был когда-то дом.
«Шара-бара» на ослике, везущем
Хозяина в цветастом чапане,
И детворы, за осликом бегущей
С задорным криком: «Дайте мне, и мне!»
«Мне желтый петушок!». «А мне зелёный!»
«И вату сладкую, еще одну сестре».
Ребячий мир - наивный и смышлёный,
Когда-то обитавший во дворе.
В ашИчки, в лянгу, в джАми, вышибалы -
Мы успевали сотни детских дел.
Везде бегом, коленки были алы,
Но мало кто от этого ревел.
А звёздный мир! Так близко были звёзды!
Реальные! Созвездий благодать
Легко мы узнавали. Быстро, просто
Могли ковши медведиц показать.
Еще любили очень печь картошку
И сказки сочинять наперебой;
Скользить по малахитовой дорожке
В арыках босиком в палящий зной.
Из мальвы - кукол, бомбочки из глины,
Свои монетки лили из свинца,
Мы были так милы и так наивны
И походить старались на отца.
В свой круг не по одёжке принимали,
Умели быть собой и не юлить.
Мы многого тогда ещё не знали,
Но мы умели полной жизнью жить. |
