Тишь — громовой дробильный вал,
Шагают те, кому благодати нет.
Гниющий закат, пустой вокзал,
Вдоль путей — когтей изрезанный след.
Алчут кипящего сока и плоти,
Проступая сквозь небытия надлом.
Их ведёт ярость преисподней кары,
Они - каннибалы, они - прыгуны.
[Припев]
Зомби, я три злосчастных часа
Не слышу, как время свои крутит колёса.
Зомби, вы меня лишили права на пир,
Так дайте чайный обряд совершить.
Оболочки бездушные выбили окна,
Собой затопляют дом. Я в западне.
Дрожь плывёт по позвоночнику.
Жду, пока высосут мозг и сердце.
Холод кожи и стре́кот костей,
К зовам немого языка — пароль.
Я кричу один в этой хоррор‑игре,
Где нет правил, но есть моя роль.
(Бридж)
Утро обрушило печать конца,
Ночь растаяла. Я — не еда.
Вздох, и ядро - вулкана цветок,
Смелый шаг: и душу гладит песок.
Рассвет убил роботов‑людоедов,
А злобный разум плодит новых,
На их лбах — письмена страхов,
Тайные коды запретных миров.
И когда молитву прошепчет солнце,
Они всё равно пойдут вперёд…
По заветам, выжженным в небесах,
По праху предков, сгинувших в лучах.
[Припев]
Зомби, я три злосчастных часа
Не слышу, как время свои крутит колёса.
Зомби, вы меня лишили права на пир,
Так дайте чайный обряд совершить.
|
