Как хочется включить беспечность, да на полную катушку,
Сгребая взглядом уголь ночи, прогоняя сон,
Смотреть в оконную слюду, а не давить лицом подушку,
Когда декабрь охотно сыплет крошево в ладонь.
Эй, счастье, где моё?! Как надоело мчаться без оглядки,
Оконным инеем дышать, взирая на перрон.
И оставлять ненужные стеклу губами отпечатки,
Отняв у чувств собственноручно пламенный огонь.
Когда прольётся свет того, что люди называют счастьем?
Но семафор моргая начинает свой отсчёт,
Скрип колеи, гудок кричит с надрывом в голосе, горласто,
И предложить в попутчики кого судьба сочтёт?
Фатальность разбивается на части как всегда, банально.
И дверь в купе сигналит зычно, дальше хода нет.
Как взгляд вошедшего зеркалит белый воротник крахмальный.
На этом фоне хочется, окаменев, бледнеть.
И остановки на проложенном пути довольно редки,
Но завязался между нами теплый разговор.
По-королевски смотрятся креветки на столе в салфетке,
А подсознание вопит, - с судьбой своей не спорь.
Но «скорый» мчит, мелькают долгие, немые километры,
Уже на «ты» под стопку горькой заскользила речь.
Вагон качнуло и упала шляпка, будто сдуло ветром,
Как знак того, что скоро выходить и не до встреч.
Дремал попутчик. Подчистую были съедены креветки,
На следующей станции придётся выходить.
Контактный номер написала на обертке от конфетки.
И будь, что будет… но для связи оставляю нить…
|
