В колхозе «Сорок лет без урожая»,
Где дед Щукарь соху держал в руках,
Его жена, носочки нам латая,
Вздыхала о будёновских полках.
Я с малых лет пропах землёй и потом.
Стога на поле будто облака.
Там утро зарождалось под капотом,
От крика золотого петушка.
Наш трактор «Беларусь» угнали воры.
Его забыл Степаныч, наш шофёр,
В амбар загнать и запереть запоры.
Дед за сохою ходит до сих пор.
Беда пришла — откуда и не ждали, —
Но где-то там, за лесом, за рекой,
Вот, просто без причины и печали,
Разрушен строй, порядок вековой.
Но мы не дрогнули. Стояли крепко.
Дед плюнув, буркнул: «Нам ведь не впервой».
Бабуля сшила мне из лыка кепку,
Отправила к колодцу за водой.
Я шёл, как в детстве, босиком по глине,
С ведром и коромыслом на плечах,
И вдруг подумал: «Если б не в пустыне
Село стояло — были б при деньгах».
Мы урожая сроду не видали,
Да и соха — последний инструмент, —
И вроде бы порядком исхудали
Не станем мы как вражий элемент..
И если смерть вдруг постучится в двери,
Откроем ей — с улыбкой на лице.
Ведь люди мы, не дикие мы звери,
И хлебом-солью встретим на крыльце.
|
Послесловие:
Припевы:
Пускай соха — последний инструмент,
Не предадим заветов стариков.
Природа — мать, а не эксперимент,
Наладим производство кабачков.
Углубим производство огурцов.
Жаль не осталось... в колхозе мужиков.
В избранное.
С наступающим!
С уважением к вам и вашим работам, Михаил Трошин.