Опять упала ставней "гильотина",
Мир отсекая мрачный и чужой.
Для одиночества "хрущевки" паутина,-
Свой уголок за внешнего межой.
В обои "въелись" выцветшие пятна,
От фотографий в рамках на стене.
На них любовь была ли? Не понятно,
Ведь света не бывает без теней.
Упавшему, как камень, не подняться,
А брошен свысока я был, но кем?
Той, кто ласкала принца иль паяца?
Мир одиночества вместим и в маникен... |
!