Костер почти не дымил
И тени уютно застыли,
Лишь ветер тихохонько выл,
Казалось, то трубы трубили,
Младенец спокойно лежал,
Мария слезу утирала,
И свет золотистый дрожал,
Расцветив собой, покрывало
И тут же легко уходя
Туда, где вся жизнь зарождалась,
А здесь — Святое Дитя
К груди материнской прижалось.
Ветер замер. Тишина.
В Вечности застыло Время,
Крик Младенца, вздох Отца,
Взгляд из Космоса, гуденье…
И Звезда над Вифлеемом, —
Новый век… Отсчётом — время!
Охапка соломы служила постелью
И ослика близость давала скитальцам
Живого тепла, причастность к Рожденью,
Марии, Иосифа — радостным лицам…
Месяц задорно светил из последних
Откуда-то взявшихся солнечных сил,
Но ярче горела Звезда Вифлеема, —
Столб света, мерцая, над входом застыл,
Транслируя музыку сфер и светил.
|
