Когда умолкнет грохот бранных дней,
Предстанет пред судом халдей,
Что честь на раболепство променял,
Любовь своих отцов и братьев растоптал.
Кто храм воздвиг на лжи и зле,
Забыв о православной вере на своей земле,
Шагал тропой, под ручку с иностранкой,
Позор свой прикрывая вышиванкой.
И спросят их: «Зачем ты предал
Всё, что кровью предков освящалось?
Зачем мосты, что строили отцы,
Своей рукой разрушил ты?»
И будет крик, подобный воплю,
Что сотрясал библейский сад:
«Я грешен! Я не знал!»
Но старцы скажут: «А зачем ты брал?»
Иуда знал свой страшный приговор,
Заканчивая с жизнью вековечный спор.
Когда петля прошлась по горлу как мечом,
Он сам себе был и судьёй, и палачом.
Так и народ, что выбрал путь,
Иуды отразивший суть,
Отрекшись от родных и от креста,
На кладбище истории найдёт места,
И приговор написан не впервой,
Не мстительной, но праведной рукой:
Кто брата променял на звон монет,
Тому на этом свете места нет.
|