Погружение в зиму – далеко не беспечная натурность. Но зима как абстракция в моей поэтике есть нечто само по себе натуральное и естественное. Это не мир людей, это мир самой Зимы. Но это и не означает его абсолютную чистоту, ведь в нём это понятие обретает уже другие, новые, более локальные и всё более глубокие, собственные смыслы. Может, чистота и является центром Зимы, моего образа?