* * *
Ворчит, досадуя, галерка;
Дан занавес – пора домой.
Уже спешит начать уборку
Работниц беспокойный рой.
И лишь Кармен грустит о чем-то
С сигарой у окна в углу.
Бисквита шоколадный ломтик
В тарелке рядом на полу.
Звонят дотошные мужчины
И непотребства говорят –
Мол, взор ее для них отныне
Превыше всех земных наград.
Зовут уехать, затеряться
В Раю, неведомо каком,
И целый век там оставаться,
Волшебным упиваясь сном…
* * *
Ночь казалась присказкой для чуда.
Торопливо скрипнул ключ в замке.
Мы ведь обходительные люди,
И живем в согласье, налегке.
Темноты изломы и трущобы
Нас влекут, но город за стеной
Бренности измаялся хворобой
И охвачен вьюги кутерьмой.
Все забыть, до головокруженья
Нежности делить азарт и пыл.
Мы сейчас друг друга отраженье –
Кто бы что в укор не говорил…
* * *
Дни короче, солнце забывает
Этот город, что продрог и сник.
Тощих галок стая обживает
Брошенный у дома грузовик.
Вдруг сорвавшись, яростней и строже
Да который уже час подряд
У ларька с березы на прохожих,
Обомлев от холода, ворчат.
Им кидают сухари из окон.
Их жалеют, только мир вокруг,
Будто мрачный эфемерный кокон,
Из морозов сотканный и вьюг.
Но за гранью тишины и скуки
Явь чужая – неба зной, цветы,
Моря, в берег плещущего, звуки
И седые горные хребты…
* * *
Буднично до небрежности,
Где-то с ленцой, украдкой –
Мы разбавляем нежностью
Зимних хвороб остатки.
Меркнут причуды гордости,
Ревности вздор, обиды –
Жизни былой подробности,
Образы и флюиды…
* * *
Дом твой – грезы вперемешку –
Освящен и обогрет.
Чти уют, копи, не мешкай
Разговоры тет-а-тет.
Коль пора, скажи – До встречи!
И гляди из-под руки
Вслед. Достойны снов и речи
Филантропы земляки.
Память длит очарованье
Жизнью. Сядем у окна –
Нынче улицы Вокзальной
Затерялись имена.
Все уехали, не так ли?
Нет ни друга, ни родни –
И пути уже иссякли,
И ночами стали дни…
|
