Он - поющий соловейка,
Старожил густых кустов.
А внизу, поэт Злодейкин
Приготовил сеть из слов.
Если б раньше птах заметил,
Наблюдая сверху вниз,
Миновал бы эти сети -
Беспредел и катаклизм.
Уподобившись вороне,
Птах запал на «ай лав ю».
Брешь пробита в обороне -
Льнёт Злодейкин к соловью:
"Мы дадим концерты людям,
Всем врагам, судьбе назло.
На гастролях вместе будем
Зарабатывать бабло.
Голосистый, нежный, милый,
Непоседливый вертел...»
Соловей, теряя силы,
В такт фальцетом засвистел.
А Злодейкин: «Цыц, бездельник!" -
Хвать, за клюв его, рукой -
"Не свисти! Не будет денег!
Лучше «Хабанеру» пой!»
Гневно лес колышет кроны,
Птичий гам со всех сторон:
«Гад ползучий, зверь зловонный!
Руки прочь! Злодейкин, вон!»
Злобный, пику птице к горлу:
«Пой, пернатый, а не то…».
Соловейка спел покорно
Все рулады, раз по сто.
Фугу Баха вспомнил, Листа,
И других, ядрёна вошь...
Находясь, в руках садиста,
Жить захочешь - всё споёшь!
|
