Выворачивая мрачность,
вечер заходит за книжные полки,
как будто кто-то читает с той стороны.
Святая коробка конфет
утепляет жалость,
ни грамма лишних голодовок сияющей кожи.
Соляные жилы древности.
Тот, кто не может родится, очищает утро
не водой,
не мылом.
Анабиозная пустота пересекает пустоту.
Лампа становится слишком бледной.
Кости Будды смотрят сквозь тебя.
Всё было просто:
музыка,
холод,
жажда конца мира.
Долина рек,
разбросанная среди красных львов.
Пластинки снов крутятся с записями Фрейда.
Слышишь через стиснутые зубы.
В кошмарах выживут только мантры.
Ты включаешь свой внутренний амплитрон.
Воскрешающие монастыри молятся собственной тени,
за которой охотится бритвенный ветер скал.
Несуществующее возвращение.
Ты не из тех, кто пришёл
тупить на небо,
поглазеть, как светит луна.
Даже судьба не знает, куда нас занесло.
Полки тлеющих переплётов.
У неё есть право сидеть на подоконнике,
беззаботно раскачивая маятниками ног
и нарушать правила.
Книжные мамонты,
замёрзшие в вечной мерзлоте.
И школьник, идущий в библиотеку
как на посещение кладбища.
_ |
