Во тьме ночной сквозь смерти бремя
Старик взошёл на шаткий трон,
Ему давно настало время:
Рассудка годы как лишён.
Воссев на нём, откинув ноги,
Он принял времени завет:
Был справедливым он, но строгим,
Теперь из уст его лишь бред.
Рассвет восстанет на мгновенье
Проститься с прошлым королём...
И даже птицы ночью пели:
Всё это, лишь бы он ушёл.
Настал момент, поодаль трона,
Восстал безликий силуэт.
Взведя косу, он звал законно
Над миром новый свой рассвет.
И трон, что был ему наградой,
Теперь стал местом для теней.
А время, в суете парада,
Смывало память прошлых дней.
Как он главенствовал над стадом,
Поддавшись руминаций лете,
И коронован без утраты,
Во лжи династии заветы.
Лишь эхо слов, что были правы,
Звучало тихо в тишине,
И расплескался гнев кровавый,
Напоминая о войне.
Теперь лишь мрак и тишина,
И страх, что плачет за сердцами
Пришла эпоха, столь иная,
И нет ни власти, ни венца.
Земля дрожала под ногами,
И звёзды гасли над долиной
Луна взошла, заслав Богами
Любви и дружества позывы...
Судьбы невидимая нить
Сплелась в тугой, незримый узел.
И только ветер мог простить
Того, кто царствовал безумно... |
