Проснулся, как всегда, я на диване,
Вокруг — друзья, а голова — в тумане.
Шум бьёт в лицо, вонзается иглой,
Тупая боль — покрыто сердце мглой.
«Какая, к чёрту, красота?» —
Сползаю на пол, пью воды глоток.
Старался я тогда, как мог,
Не потерять реальности порог.
Я жил с порочною вдовой,
Как будто буду вечно молодой,
Здоровый, сильный и хмельной,
Я спорил, со своей судьбой.
Красотки ж нашего разлива,
Сидят и пьют — и нет им дела.
Им не понять, не разглядеть сонлива,
Ни чьих стенаний, ни их предела.
Ведь пьянки, страсти и загулов смех,
Как ластик — стирают всех!
Они внутри уничтожают след
Того, что звало к жизни, к свету в след.
К стремлению жить красиво, ярко, полно,
По капле всю испить до дна…
Я каюсь! Но в душе — не пустота:
Там памяти дурман — Моя Судьба!
Душевный компас новых дел,
Мне чётко указует путь,
С которого, надеюсь, не свернуть,
Там свет и боль - всей правды суть...
|
Мой друг, пройдёмся по Москве!
Там сук нерезаных – две трети:
Они одни за всё в ответе.
Мы, слава Богу, в меньшинстве.
Мой друг, пройдёмся по Москве
Спокойно, сдержанно, беззлобно:
Там гроб парит над местом лобным.
Он, к сожаленью, в меньшинстве.
Мой друг, пройдёмся по Москве!
Пожаром? Нет.
Дождём? Пожалуй…
Урал – опорный край державы.
Мы, слава Богу, в большинстве.