А к Гефсимании подтягивались роты

Во власти светлого душевного порыва,
Когда пришли ученики легко и тихо,
Мария стала мазать Сына Бога миром*,
В Иуде ж вспыхнул вновь огонь неразберихи...
Но Иисусу отирая прядью ноги,
Благоуханьем наполняя дом, девИца,
Сказать заставила предателя в итоге
О не имущих ни гроша ни крова лицах.
Ученики достали перья и блокноты,
Чтоб записать завет Спасителя привычно,
А к Гефсимании подтягивались роты,
И Каиафа** рвал подрясник истерично.
И лжесвидетели зубрили текст, не спали,
Его придумали в центральной синагоге
Те, в ком нашлось бы милосердие едва ли,
Те, кто в упор не зрели чувств отцовских в Боге.
...Ученики, наговорившись, замолчали,
То рай им грезился святой, то просто кущи,
Иуда злился, а Христос в немой печали
Опять смотрел в глазницы ужасов грядущих...