Снова о прошлом, всё чаще и чаще,
Где босоногой девчонкой носилась,
Я вспоминаю. И смехом звенящим
Память мне в сердце стрелою вонзилась,
Как же чиста и до боли проста,
Там от порога вела в даль мечта.
Мы не гонялись за медной монетой,
За ста́тусом «Я» не надобно гнуться.
Но тёплой земли, лишь солнцем прогретой,
Кожей босы́х ног, за счастье коснуться.
Шла я тропой, что по жизни вела.
И тропка, виляя, моей лишь была.
А мне говорят: «То причуда ума!
Помнишь себя молодой. Эйфория!
Да груз на душе́ и былые шторма,
Это всего лишь твоя ностальгия.»
Годы минули – сменилась эпоха,
Всё поменялось с копейки до цента,
Тропы исчезли, осталась дорога,
Ёмкая, словно конвейера лента...
Идём мы по ней, законы блюдя,
Следит в объектив за всеми судья.
А мне говорят: «Это путь наш вперёд!
В порядке тонет былая стихия!
И путь этот нас к процветанью ведёт!
Тебя же гнетёт твоя ностальгия.»
А люди идут, сплочённые «боги»,
Оскал цифровой в единой идее...
К текущей крови мы стали не строги,
А взгляды теперь грознее, мрачнее!
Банк, ипотека, живи и плати...
Как мне дитя в этот мир привести?
А нам говорят, говорят, говорят...
Не замечая, что вдоль той дороги
Там столько упавших без силы лежат,
И взор их застыл в безмолвном укоре...
Стал нам наградой весь мир безрассудный,
Усталость одна от бешеной гонки,
И ветер не дует нам больше попутный...
И мысли страшат уже о ребёнке!
Прошлое смотрит с упрёком всё злей
Глазками всех, не рождённых, детей.
А я говорю: «Приятье утраты -
Наша беда и души амнезия.
Потеря тропы, что вела нас куда-то...
Всё что угодно, но не ностальгия!» |
Вот, решили деда с бабой проведать перед этим событием. Живут за тысячу км, не часто видимся в живую.
