симбионты

Им вместе быть начертано судьбой:
он — хитрый циник, та от злобы пухнет.
Они весь свет клянут наперебой, –
бездушная, испы́ленная рухлядь,
доживши до артроза и седин
на лагерных харчах комменсализма,
полощет как муслин или сатин
тех, кто не зрят вершин патриотизма
в их примитивной и пустой возне
окру́г урчащих газами желудков.
Они всему, что ширится извне,
не озаботясь ясностью рассудка,
со стойкой неприязнью тет-де-по́н
сооружают с помпою ментальной,
упорно веря: их-де "авалон"
незыблем как глобально, так локально.
По шею провалиться в ремесло
казнить, пытать... святых иль виноватых
без разницы, коль сам себе стекло
карманной лупы божеской расплаты,
ведь сам — икона… а страна, она,
когда добра и зла не различает,
то кровью человеческой полна
вампи́рихой с набрякшими очами…
Они друг друга сто́ят — это так.
Субстанцией и сутью — симбионты.
И выдуманный ими некий враг,
пожалуй, что реален — мастодонтом
он стал за много лет... да нет, веков! –
чего уж мелочиться! – корень старый!
А обречённость толоконных лбов —
терпеть и трепетать... Сего угара
достанет им на много лет вперёд, –
ведь сытный быт себе благоустроя,
те под асфальт уложат и народ.
Чего им ждать от них — амёбоZо́ев?

Послесловие:

Александр Габриэль. Мягкий знак

Свободы нет.
Есть пеший строй.
Приказы в «личку»:
Не думай много. Рот закрой. Сарынь на кичку!
Ведь нам всё это не впервой с времён Турксиба.
Скажи спасибо, что живой.
Скажи спасибо.

Ты нынче доктор всех наук. Освоил дроби.
Суха теория, мой друг. Суха, как Гоби.
Материя – нам ясно и без вычисле́ньиц –
первична, голуби мои, Платон и Лейбниц.

Садись за руль. Поешь харчо. Плати по ссуде.
Но ведь живут же так – а чо? – другие люди.
Всё как у всех – друзья, враги. По старым калькам
твои присыпаны мозги неандертальком.

Спокойной ночи, малыши. Поспели вишни.
А эти двадцать грамм души – лишь вес излишний.
Покуда шёл парад-алле, услада зрячим,
свеча сгорела на столе к чертям собачьим.

И жизнь прошла, как звук пустой,
как дождь по крыше,
и ты вернулся к точке той, из коей вышел,
и там стоишь, и нищ, и наг, открытый мукам,
бессмысленный, как мягкий знак
за гласным звуком

https://vkvideo.ru/video-232232582_456239071
Анна Ахматова — А ты думал – я тоже такая…

Александр Габриэль. Пыль

Сгорят, как бездымный порох, размоются в полный ноль
дискуссии, от которых одна головная боль.
Растасканный по кусочку, стоишь на земле пустой,
почти превратившись в точку из плачущей запятой.

Пускай и не младший Плиний — свершившемуся вдогон
Аверченко и Феллини, придумав "Сатирикон",
собрав воедино крохи не слишком заметных вех,
поставят клеймом эпохе задорное слово "смех".

Узнав, как мы, всё профукав, пытались рубить сплеча,
праправнуки наших внуков расслабятся, хохоча:
в роду, дескать, что ни ветка, то пафоса пошлый бриз.
Но что же возьмёшь-то с предков? Воинственны и глупы-с.

И только, привычно горек и тем заслужив time off,
вобьёт прошлый век историк в архивную гладь томов.
Что ж, бомба, давай, дотикай и вне, и внутри башки —
чтоб пылью легли мы тихой на книжные корешки.

* комменсализм (от лат. com — «с», «вместе» и mensa — «стол», «трапеза»; буквально «у стола», «за одним столом»; ранее — сотрапезничество) — способ совместного существования (симбиоза) двух разных видов живых организмов, при котором один из партнёров этой системы (комменсал) возлагает на другого (хозяина) регуляцию своих отношений с внешней средой, но не вступает с ним в тесные взаимоотношения.
** тет-де-пон (от фр. – «голова моста») — предмостное укрепление в военном деле; плацдарм, используемый преимущественно для создания защитного периметра, в котором могут размещаться войска или имущество, чтобы способствовать дальнейшему увеличению завоеванной территории или служить запасной точкой на случай угрозы поражения.
*** Авалон (кельт. Эмайн Аблах) — легендарный «остров бессмертия»
**** амёбозои (лат. Amoebozoa) — крупная группа простейших, включающая в себя большинство одноклеточных. Амёбозоев причисляют к типам царства Протисты, т.е. «жгутиконосцев». Некоторые из них являются паразитами или симбионтами других организмов.