Бывает, что держава-мать
Тебе становится чужая,
Её ведь можно потерять
И никуда не выезжая.
Не притворив с досадой дверь,
Чужим довольством не пленяясь,
Не изменив себе и ей
И даже в малом не меняясь.
И ты - такая, как была,
Но только вдруг осиротела,
Хотя она не умерла,
Не состоялся вынос тела.
Она бессмертна, но во всём
Теперь порочна и отвратна,
Она пошла кривым путём,
Я буду ждать её обратно. |
Родину, как и мать, не выбирают, и альтернативы ей попросту нет. Даже брошенный, преданный матерью ребёнок (был близко знаком с такими) мечтает о её возвращении, и готов безусловно, простив всё, преданно любить предавшую его мать. Как это ни парадоксально звучит.
Вот так и мы по отношению к своей Родине: готовы любить и прощать её, невзирая ни на что… Хотя бы только потому, что другой Родины у нас нет, и даже близкого подобия ей никогда не будет. Как бы ласково ни принимала нас чужбина, она останется мачехой, пусть даже доброй. Знаю не понаслышке…