Шёл как-то я из ресторана.
Смотрю, в подъезде рыжий кот.
Для марта, как-то даже странно.
Сидит спокойно, не орёт.
И так его мне жалко стало.
Взял за шкирняк - такой худой!
Друзей, увы, осталось мало.
Короче, взял его с собой.
Давай, знакомиться, чудило.
Умерь-ка свой бродячий пыл.
С тобой, поди, такое было!..
Да, видно, выбился из сил.
Ой, брат, пардон, уже заметил
В глазах твоих, тоску и боль.
Жалею всех котов на свете,
Как ты – обрезанных «под ноль»…
Здесь будет жизнь совсем другая.
Но, только, в тапки мне не ссать.
И не сожри мне попугая,
Хоть, и достал, «япона мать»!..
Да ты, поди, давно не жрамши.
Сосиску будешь с молоком?
Братан, прости, я чуть поддамши.
Отмою я тебя потом…
Клубком свернувшись на диване,
Себя почувствовав в раю,
Он на родном своём мурчаньи
Поведал мне судьбу свою.
Я был сэнсэй в утехах плотских.
На многих мне хватало сил.
В семье мне дали кличку “Бродский”,
За то, что я весь март бродил…
Породой я слегка сиамский.
Был возмутительно красив.
Лихой угодник кошко-дамский.
И бац, нашли контрацептив…
Достало всех моё либидо.
И, чтобы не было проблем,
Сказали «чиркнут» лишь для вида,
А отхерачили совсем!
Смирившись со своей судьбой.
Три года жил я, как в раю.
А тут случилось, блин, такое!..
Я потерял семью свою.
Таки уехали в Израиль.
На, как его там, ПМЖ.
Меня же выгнали из рая.
И я попал в такую… Ж…
Ты славный чел, коль не по-скотски
Так обращаешься с котом.
Ну, да, бродил, так я же – Бродский.
Я засыпаю… Всё потом…
|
