Из ночи в ночь терзаемый злой музой,
Мой мозг неповоротливый, тугой,
В руках ее послушной тетивой
Становится, растянут строчек грузом.
При свете дня казавшийся обузой,
Теперь с издёвкою глумится надо мной.
Он, зачарованный, собою узнан
В своей неповторимости больной.
Запреты сняты, приоткрыты шлюзы,
Стремительный поток окутан пеленой -
Неясностью созвучий неземной -
Тоской меланхолического блюза.
В мученье слились леность и настрой.
Я принуждён подругой роковой
В мозгу своём, как в мякоти арбуза,
Копать безжалостно удачною строкой,
Выуживая рифмы по одной
Подобно ускользающим медузам.
Почти достигнут жаждемый покой -
Единство точное шара и лузы -
Архангелов несётся трубный вой.
Но мстительно нацелив аркебузы,
От их сочащихся презрением укусов
Я защищаю стих кургузый свой.
Когда ж дитя непрочного союза
Вдруг предстает - свободный и прямой -
В обличье эфемерном Сатаной,
Лишая чар навязчивые узы,
Чуть слышен в полумраке стон глухой
Униженной и оскорбленной музы.
(2000) |
