Если звёзды
сквозь пальцы проходят
и сыплют песок
на открытые раны,
рубцуя изогнутость трещин,
если в небо рванув,
распрощался с землёй на часок,
устремившись туда,
где созвездия всходят и блещут.
Если ночь опрокинулась,
стиснув скользящим крылом,
неродное прижав,
заглянула в заблудшую душу,
оторвёшься,
уснёшь,
безмятежно забыв о былом,
завернувшись в спасательный кокон
от злобы и стужи.
Был и нет,
всё возможно,
неважно, что жертвенник мал,
что так много парсеков
до хрупкого мнимого счастья.
Закалённый клинок
беспощадно разит наповал,
а стальные наручники
давят, сжимая, запястье.
Здесь не должен никто,
и не надо платить по счетам.
так покойно, легко,
позабыты невзгоды, заботы.
Но внезапно
звонок поднимает тебя по утрам,
забываешь,
что можешь летать
и идёшь на работу. |
