Мы рождены в грязи мирского плена,
Где ложь и страсть — привычная арена.
И в этой жизни, в суетливом танце,
Нельзя остаться в белоснежном глянце.
Пусть тело носит шрамы и рубцы,
Пусть мысли — яда горькие гонцы,
Пусть и душа, израненная в битвах,
Забудет чистоту в святых молитвах.
Но есть одно, что выше этой драмы —
Твой дух, что формирует все программы.
Его храни, как пламя на ветру,
Сквозь боль, соблазны, ложь и мишуру.
Под тяжестью греховных лет
Надежды свет почти сошел на нет.
Мы ошибались, падали не раз,
И каждый шаг в грязи увяз.
Мир требовал от нас грешного,
Топча собой остатки дорогого.
Но даже там, где мрак и пустота,
Всегда таилась духа высота.
Пусть тело носит шрамы и рубцы,
Пусть мысли — яда горькие гонцы,
Пусть и душа, израненная в битвах,
Забудет чистоту в святых молитвах.
Но у тебя есть дух, что смотрит вдаль
И формирует жизни магистраль.
Его храни, как талисман —
Тебе он при рождении Богом дан.
В нем Божий свет и праведная нить,
Что в Вечности нас может сохранить.
Когда душа мир грешный покидает,
Она к вратам, что к Богу, пребывает.
С ней дух — ключ к этим вратам.
И если он пороками замаран,
То путь тебе к Всевышнему заказан.
Он должен быть предельно чист,
Как драгоценный аметист.
|
