«Я один... Незнакомая трасса... Огни... На Таганке закончились светлые дни, - Когда я, в сандалетах, на босую ногу, Перебегал, по сугробам, дорогу, Когда утром мне надо было в магаз,- На Таганке то - рядом всё было, как раз... Но, к сожаленью большому, увы, Я приставом выселен был из Москвы, И увезён в неизвестные дали, А на мне ведь только – одни сандали, И вот, в сандалетах, словно в бреду, На огни, незнакомые мне, бреду, Такая, ребята, командировка… Подхожу и смотрю: «Селенье Поповка». На входе в селенье – сразу магаз, Это не может не радовать глаз, Если, конечно, ты при бабле, Ну это, уж точно, – не обо мне. Какой-то мужик лежит за магазом, Со сливой залитой и фингалом под глазом, Я подхожу, и, глазами, не веря, - Вижу, по факту, что мужик этот - Серя, - Мой близкий по чату, с кем годы общался, Тот, который ответить за меня обещался, Мир то как тесен, порою, оказывается, Вот и жизнь у меня постепенно налаживается… Серя, заметив знакомые лица, Сразу же, предложил похмелиться, К бухлу, как и я, проявив интерес. Так что, - в жизни моей - определённый прогресс, - И всё происшедшее в жизни, отнюдь, не напрасно, Мне и в уютной Поповке прекрасно...» | 
