Мы же не роботы, люди, что крайности,
Глупые, одинокие.
Жизни, как должное, губят случайности,
Мутные, да хреновые.
Счастье прострочит рождение, семейное,
Истина тоже спорная!
Часто и горечь мгновения вечное —
Видится только ложное.
Замок‑мечты другой строит запретное,
Отзвуком «надо» раздавит.
Взять неприступную Трою, наверное,
Смолоду каждый — цель ставит.
Вот оно как, беспризорная, ум мне врёт —
Путь нам счастливый, не долог.
Только себе дозорная, да вот кольнёт:
Пусть не забудется воля!
Да, чтобы керы, вздорные, чтоб невзначай
Не подсмотрели бы в скорби —
Жизнь мою сердобольную, только начать,
Я не заметила, вроде.
А рассвет пробивается сквозь туман,
Шепчет: «Не сдавайся, не будь глух и пьян.
В каждом закате — намёк на рассвет,
В каждой потере — рожденья секрет».
Я оглядываюсь: следы на песке,
Шаги, что терялись в далёкой тоске.
Но что‑то ведёт меня всё же вперёд,
Где новый рассвет и новый полёт.
Может, и правда — всё не всерьёз,
Шторм за штилем, мороз за грозой.
Но в сердце живёт упрямый вопрос:
«Где мой берег? Где мой покой?»
И пусть мир шатается, словно плот,
Пусть ветер рвёт паруса в лоскут,
Я всё равно буду верить в рассвет,
В то, что найду свой ответ.
Так и иду — не спеша, но вперёд,
Сквозь боль, сквозь туман, сквозь водоворот.
Душа — как птица, что рвётся в полёт:
Жизнь — это путь, где свобода живёт.
|
