Дорогая, пишу тебе на ресторанной салфетке
И вижу благо в том, что их много.
Знаю, ты предпочитаешь в телефоне заметки,
Привычное мне пролегает старой дорогой.
Когда мы познакомились, ты жила в мире других идеалов,
Вспоминала былое, искала счастье,
Но увидев меня, внезапно для себя стала
Предпочитать людей совсем иной масти.
Признаться, я никогда тебе не верил,
Ведь нельзя верить вечным себя искателям.
И теперь, когда в моё сердце закрыты двери,
Я рад привести свои мысли к общему знаменателю.
Ни ты, ни твои родные или подруги
Понять произошедшее никогда не сможете,
Однако, что мы то и дело ходили по кругу —
Явило собой дополнительный множитель.
У любви не бывает времени в прошлом,
Себя она знает лишь в настоящем и будущем.
Не хочу показаться тебе грубым и пошлым,
Но я навсегда останусь тебя любящим.
Помнишь, как-то сказал тебе: страшно, когда
Ты понимаешь, что твоё чувство не меняет другого;
Оно остаётся твоим и ерунда —
Всё, что ты пробуешь снова и снова.
Дорогая, я принял такое решение,
Дабы тебя не менять и не мучить,
Ты знаешь, для меня раньше имела значение
Твоя дальнейшая участь.
Вряд ли тебе посвятят стихи,
Глядя в глаза, мёртвой хваткой возьмут за пояс...
Надеюсь, отношения будут легки
И вы проживёте всю жизнь, не ссорясь.
Мне сложно представить, как лаская кого-то,
Ты будешь также самозабвенно расточать слова любви;
Сквозь слёзы счастья, улыбку и капли пота
Прижимать к низу чьи-то руки, шепча "мои".
Не хочется думать о лицемерии, хитрости,
О том, с чем неправильно женщину связывать,
Что собственной глупостью, случая милостью
Станешь у многих ты одноразовой.
Я тебя отпустил. Но загадкой останется,
Как в свой мир женщины пускают прочих,
Кто им даже, порою, вовсе не нравится
И кого с милым путают ночью.
Не думай, душа моя, что такие решения
Готовились исподволь или я был тому рад.
Вовсе не так. В том горькая исповедь, благие намерения...
И твой персональный ад.
Камал Ибрагимов
24 апреля 2026 г.
|
