А правда, господа, что есть страна бомжей?
И кто живёт в ней, тем ещё больней:
Отравлена еда, нет жён и нет мужей…
Зато им повезло со смертью — нет проблем,
Их сердце остановится во сне...
Ну где они росли, где Родина у них?
И почему, с подобными себе,
Не делят крышу — или дом не нужен им?
Быть может, потеряли путь во тьме.
Страшнее тучи с ними, сумрачней везде,
Сплошной мозолью — предсказание беды.
Ещё так говорят, что лучше им в тюрьме,
Уж коли не сумели нас понять.
С сумой они, а нам судьбу менять?..
Один попробовал, да не сумел —
Здесь некому-то врать, чтобы отнять,
А по;другому жить то не сумел.
Где смех детей, где песни у костра?
Где тепло домашнего очага?
Лишь ветер воет — пустота, беда,
В глазах — застывшая тоска.
Мы проходим мимо, взгляд отводим,
Словно не видим, словно не слышим.
Но разве от совести так просто уйти?
Она напомнит — нельзя пройти.
Может, помочь? Может, руку подать?
Может, в глаза по;человечески взглянуть?
Ведь каждый может упасть, потерять,
Заблудиться в жизни — свернуть не туд
У каждого — своя боль, свой рассказ:
Кто;то семью потерял в тот страшный час,
Кто;то работу, кто;то надежду в глазах,
Но в сердце всё равно теплится свет впотьмах.
Один вспоминал: «Был дом, сад, цветы…
Теперь лишь картон, да холодные льды.
Но помню тепло — его не отнять,
Оно где;то здесь, надо лишь отыс Философский итог
Не подсыпайте в Землю порченных дрожжей,
Чтоб просыпаться с верой в светлый день.
Пусть будет мир чуть добрее, чуть светлей,
Где каждый — человек, а не тень.
Где помощь — не подвиг, а просто добро,
Где сердце открыто, где в душах светло.
И может, тогда, сквозь метель и туман,
Пробьётся весна — новый мир без ран.
|
