Ты молча терпишь
И сам читаешь,
Всё, что видишь, —
Ты снимаешь.
Но зритель ты один,
И это страшно…
Нет ни оваций,
Ни цветов,
Ни звуков,
Ни ресторанов,
Нет ни поклонников,
Ни дам,
Нет репортёров,
Корреспондентов,
Нет ни фанатов,
Нет оппонентов…
Вокруг лишь адская дыра,
В ней — ты и тишина.
Куда лететь?
К чему стремиться?
И у кого учиться?
И для кого, кому
Мне кем то становиться?
В аду нет меры и весов,
Там нет эмоций,
И вещих снов…
В раю есть всё!
Но, Господи, создай
Мне то,
Чем жил,
Дышал,
Чего любил…
Хоть, может быть,
Я этого и, не заслужил.
|
Послесловие:
Toffee
Прошёл я за черту,
где нет дорог,
Где свет погас, и времени исток.
Здесь мера – тлен, весов не отыскать,
И правда, горькая –
осталось лишь страдать.
В аду нет меры, нет весов,
И сердце замерло без слов.
Там нет эмоций, боль и тишина,
Лишь вечность вещих снов,
Судьбой оплетена.
где нет дорог,
Где свет погас, и времени исток.
Здесь мера – тлен, весов не отыскать,
И правда, горькая –
осталось лишь страдать.
В аду нет меры, нет весов,
И сердце замерло без слов.
Там нет эмоций, боль и тишина,
Лишь вечность вещих снов,
Судьбой оплетена.